Чужие степи — часть вторая

Градусника у нас не имелось, но в закрытой комнате было достаточно тепло, градусов пятнадцать, или около того. Естественно верхнюю одежду не снимали, спали прямо в ней. Сняли только обувь, снег днём подтаивал, поэтому промокли все, и сейчас над печкой висела целая гирлянда «благоухающих концов», как поэтично выразился Леонид.

Оружие далеко не убирали. У каждого под боком лежал автомат, а у меня ещё и револьвер с одним патроном. Как-то в запаре не подумал даже из дома взять, этот то случайно оказался, провалившись за подкладку он давно дожидался своей очереди.

Вообще с оружием было хорошо. Кроме своих автоматов, имелся не сданный пулемёт с двумя лентами, собранные с трупов несостоявшихся мстителей пушки — один калаш с половиной рожка, немецкий шмайсер с полной обоймой, тэтешник с двумя магазинами, пара обрезов, и нарезной охотничий карабин. Плюс, конечно же «смерть председателя», ну и пол банки пороха, что тоже немаловажно. Единственное совсем нет пуль и дроби, но где-нибудь всяко свинец найдется, так что отольём в процессе.

Улегшись поудобнее — так мне показалось вначале, я ещё целый час ворочался. — Как не лягу, всё плохо. То бок болит, то ногу сводит, то голова в печку упирается. Не в сам металл естественно, а в кирпичи на которых стояла печь. Оно вроде и теплее, но не очень удобно.

Ещё мысли бестолковые в голове. — Кто в том окне? Зачем они здесь? Может нас уже ищут? Но если так, то почему палятся? Развести огонь забравшись на самый верх, это кем же быть надо? А может быть знак кому то подают? В общем кипело у меня до тех пор, пока я не натянул на голову заменяющую одеяло тряпку, — что-то вроде мешковины, и наконец согревшись, не уснул.

Спал нормально. Даже снилось чего-то. Проснулся не то чтобы хорошо отдохнувшим, но перезагруженным. Хотелось пить и наоборот. В комнате стало совсем тепло. Дежурные так топили ночью, что висящий первым к печке унт, а это был мой унт, слегка подплавился. Что меня совсем не обрадовало.

Обувшись и приведя себя в божеский вид — поправив одежду и потерев глаза, я направился в туалет, наш, — в смысле мужской, находился за пределами квартиры, женский же устроили здесь. Найденное выше этажом ржавое ведро, с легкостью заменило разбитый унитаз.

В подъезде было прохладно, не мороз, но явно ниже ноля. Закончив с утренним моционом, я вернулся обратно, и поставив на печку чайник, подкинул немного дровишек. Леонид и Андрей ещё дрыхли, а Олег с пацанами дежурил.

Прикрыв дверку буржуйки, я вспомнил про вчерашний огонёк, и подошёл к окну.

Серая многоэтажка свечка одиноко торчала среди домов поменьше, но без бинокля я ничего не видел. Поэтому пощурившись какое-то время и ничего не добившись, плюнул, и вернулся к закипающему чайнику.