Кто сильней - боксёр или самбист? Часть 2

Картина неудавшегося побега и так прояснилась. И ещё начальник особого отдела госпиталя ГСВГ окончательно убедился, что кроме него и начальника спецлечебницы никто не знает о прошлом разведчика Пати. Гвардии рядовой Патрикеев никому, даже Оксане, не выдал государственную тайну.

Особист ещё больше зауважал солдата и начал просчитывать дальнейший ход событий.

Дело в том, что как раз в эти дни в Особом отделе штаба армии проводилась московская проверка. И это оперативное дело с попыткой побега из части через фашистское подземелье было как нельзя кстати. Майор Скворцов был обязан доложить об этом ЧП своим командирам, и тем более одним из фигурантов оказался тот самый боец, посетивший американское посольство в Восточном Берлине. Ну что ещё можно было продемонстрировать московским проверяющим? И начальник Особого отдела штаба армии в это время ждал звонка и отмашку майора на завтрашнее прибытие в госпиталь вместе с проверяющими. Контрразведчик принял волевое решение и задал рядовому ещё один конкретный вопрос:

— Кузьма, а сам-то чего хочешь?

Ответ был продуманным и быстрым:

— Хочу, чтобы меня не комиссовали как дурачка, а оставили служить. Мне ещё один год остался.

— Кузя, ты же сам понимаешь, что это невозможно, — мягко ответила старшая медсестра Оксана Олеговна, взглянула на особиста своими синими глазищами и добавила: — А может быть, мы с товарищем майором что-то другое сможем придумать?

Хотя майор Скворцов и был женатым человеком и очень любил свою жену, но, как все нормальные мужики госпиталя всё же был немножко влюблён в красавицу Оксану, поэтому с готовностью окунулся в её глаза и поддержал разговор:

— Если медицина нам поможет, то и мы поддержим все начинания.

Старшая медсестра задумчиво продолжила:

—У рядового можно легко обнаружить плоскостопие и просто отправить его в запас как ограниченно годного к воинской службе. Тем более, Кузьма уже год прослужил.

Начальник особого отдела задумался:

— Оксана Олеговна, если вы не возражаете, я заберу у вас пациента к себе. Попробуем решить этот вопрос с начальником госпиталя.

Из-за чрезвычайных событий и по настойчивой просьбе особистов части командование госпиталя были все на местах. Кто же, находясь в своём уме и добром здравии, откажет особому отделу в такой милой просьбе? Потенциальных перебежчиков на запад успели накормить и держали пока под надзором в предбаннике дежурной части. Первый испуг от заточения в каземате уже прошёл, танкисты очистили душу письменными показаниями и терпеливо ждали финала своей судьбы в армейском госпитале Тойпиц."

"В это время капитан Орлов вёл плотный разговор под запись с фельдшером Русланом, который уже давал объяснения не только про себя, но и про всех своих коллег в госпитале.