Сердце Дракона. Пятнадцатый Том. Часть 2

Они посылали в сторону Гевестуса потоки пламени, но тот отмахивался от них своей саблей так, будто это были лишь назойливые мухи.

Его оружия окутывала какая-то мерцающая энергия, которой Хаджар практически не ощущал. Она была совершенно иного толка, нежели та, которую в современном мире черпали из Реки Мира.

Один из ифритов зашел Гевестусу за спину и нанес мощный рубящий удар, но рассек огненным мечом лишь воздух. Дракон-полукровка, за мгновение до этого, превратился в размазанную ленту.

Сложно было понять, касался ли он травы на холме или бежал над ней, но он, заложив немыслимый для тела вираж, по кратчайшей дуге переместился ифриту за спину. Его сабля была быстрее всего, что видел Хаджар. И её удар, невероятной силы, не создал ни малейшего эха.

И, что удивительно, в ней не было ни грамма мистерий истинного королевства. Лишь воля и… нечто иное. И этого хватило, что удар прошел через огненную вспышку, которую ифрит использовал как свой щит.

Дух распался всполохами, а Гевестус продолжил… атаковать.

Да, сражаясь с десятком противником, брат Императора Драконов даже не думал защищаться. Вместо этого он нападал на них, оказываясь в нескольких местах одновременно.

Его скорость поражала воображение."

"Хаджар не мог понять, где он видит перед собой остаточное изображение, рассеивающееся после того, как удар был заблокирован одним из духов, а где он настоящего Гевестуса, фехтующего за гранью воображения.

Даже если не принимать во внимание странную энергию, находящуюся за гранью истинного королевства, то даже чистая физическая сила Гевестуса была просто немыслима.

Там, где Хаджар мог нанести три удара, Гевестус обрушивал на противника град из целого десятка. И, что ужасало даже больше, они не были разрозненны. Это не махание саблей с надеждой хоть как-то задеть противника.

Нет, каждый удар был продолжение предыдущего и, столь же плавно, перетекал в новый выпад.

Вот Гевестус наносит широкий удар наотмашь пытаясь разрезать грудь отлетевшего в сторону ифрита, в ту же секунду он перехватывает саблю и, крутясь на пятках, отбивает её плоскостью брошенный ему в бок огненный шар и, остановив вращение в крайней точке, мгновенно выстреливает хищным выпадом, которым пронзает шею ифрита, чтобы затем, возвращая саблю обратно, снова переместиться дымкой в другое место и, уже там, продолжить это же движение, но только в рубящем ударе и целясь прямо в колено очередному противнику.

Противники мелькали вспышками искр, разбрасываемых молотом кузнеца, бьющего о раскаленную сталь.

Гевестус был везде и негде одновременно. Его сабля без устали находила свою цель, будь то защита или мгновение нападение. Ни единого лишнего шага, ни единого лишнего движения — эти описания не подходили Гевестусу.