Королевская кровь. Книга 10. Часть 1 [СИ]

Схватился за края, протиснулся внутрь и с удовлетворением осмотрел абсолютно сухое и теплое древесное укрытие.

В щель проскользнула и принцесса, сделала пару шагов вбок и обессиленно привалилась к стенке, закрыв глаза.

— Вы молодец, — сказал Тротт, избавляясь от сумок."

"— Угу, — вздохнула она, не открывая глаз и обнимая себя крыльями. Мокрая одежда холодила тело, а под крыльями было как под одеялом — парко и тепло.

— Сейчас будем есть.

— Угу.

— И спать. Только нужно снять сумки, Алина.

Она подняла руки, не открывая глаз, потянула один из ремней вверх — и он выскользнул из пальцев. Пробормотала что-то недовольное и снова попыталась. Безуспешно.

Макс пока распаковывал свою поклажу — сумка-одеяло изнутри была сухой, и запасная сорочка, как и остальные вещи, осталась нетронутой дождем. Выложил на пол мешок с сухарями и мясом, поставил рядом флягу, расстелил одеяло и перевел взгляд на принцессу. Она так и не сумела снять сумки и теперь сидела у стенки на корточках, откинув голову и устало наблюдая за ним. Снаружи по папоротнику лупил ливень, еще, кажется, усилившись.

— Будете так спать? — проговорил Тротт, направляясь к ней.

— Угу, — снова пробурчала она, с трудом хватаясь за протянутую руку и вставая. Смирно подняла руки, подождала, пока он снимет с нее поклажу, и со стоном потянулась, поморщившись.

— Можете пожаловаться, — предложил Макс, отодвигаясь.

— Не буду, — грустно ответила принцесса. И душераздирающе вздохнула.

— Тогда переодевайтесь в сухое, — он кивнул на ее поклажу и сам потянул с себя сорочку. — Если, конечно, вы не хотите сделать мой сон невыносимым, прижимаясь ко мне в мокрой одежде.

Она недоуменно взглянула на него — и вдруг засмеялась, наблюдая мерцающими глазами за тем, как он раздевается. И он улыбнулся в ответ на этот искренний, живой смех.

Затем, переодевшись, они ели грибы, и мясо, и сухари, и Макс даже рискнул развести в котелке огонь и нагреть в хитиновой миске воды, чтобы Алина согрелась. Дождь все не прекращался, но от крохотного огонька в этом странном убежище стало тепло и уютно, и принцесса завороженно смотрела на него, пока он не погас. А Макс смотрел на нее — на лицо в красноватых бликах пламени, на пальцы ног, которые она то и дело поджимала, на руки, которыми она за края держала горячую миску с водой, на мокрые совершенные губы, на края сухой сорочки, едва прикрывающей бедра и колени, — и то и дело заставлял себя отвести взгляд. Потому что снова натыкался на это ее задумчивое и решительное выражение в глазах.

Брачный браслет на запястье покалывал холодом и ощущался так естественно, будто всегда там был.

Принцесса первой забралась под одеяло и затихла там, выжидательно поглядывая на Макса. И он подошел, тоже лег — отвернувшись от нее.