Я Гордый. Часть 4 (СИ)

И тогда она закричала…

Глава 17

Глава 17"

"Ну, и чего так орать, я вас спрашиваю? Взяла, завопила и потеряла сознание. Надеюсь, это от нахлынувших тёплых чувств ко мне, а не от того, что я такой страшный. Если всё же второе, то совсем плохо. Как я, весь такой ужасный, на гражданку после дембеля приеду?! От меня же все шарахаться будут!!! Нет, конечно, дембелей любят все — у них и форма красивая, и взгляд такой вот прям бесстрашный и мужественный. Но чтобы от его вида в обморок падали, я раньше не слышал.

Откинувшись на железной лавке, я терпеливо ждал, когда она придет в себя. Видимо, шок был настолько сильным, что вырубило ее неслабо… Даже и не знаю. Ну подумаешь, расползся у нее рукав на форме, и что? Прямо догола раздел?!! И вообще, переспать со мной даже принцессы мечтали, а эта дура сразу в панику ударилась. Радовалась бы такому счастью, так нет — орет как резаная. А я ведь даже не начинал ее еще резать. И вообще не собираюсь, потому как это плохо, и мне ее жалко.

— Тебя там Старшие ищут. Злые, — к нам просочилась Один шесть.

— Да пусть ищут. Они прекрасно знают, где я. Просто друг перед другом важничают. Понимают, что накосячили, вот и ищут крайнего. Но со мной такое больше не прокатит — те времена прошли.

— Бунт, значит, поднял. Интересно. А с этой что?

— В обмороке валяется. От счастья, наверное.

— Поэтому ты голый тут лежишь?

— Не, шмот вот решил в стирку закинуть, поэтому снял. А эта надумала себе боги знают что. Теперь вот жду, когда в себя придет, ну, и щит на ней держу, а то бы давно сгорела. Температура-то всего сто пятьдесят градусов, но ей хватит.

— Успела что-то рассказать?

— Неа. Лопотала что-то про честь и достоинство. Но до главного блюда мы так и не дошли.

— Так и позвал бы Один ноль, она бы ее быстро разговорила.

— Это еще успеется. Я сначала мирно хочу договориться.

— А она ничего так, симпатичная, — наш штатный психолог склонилась над ней и убрала с лица прядь волос. — А давай ее трахнем, пока тепленькая?

— Я вот не пойму — ты чего такая агрессивная стала? Да и вообще, я заметил, что мы за последнее время наговорили друг другу больше слов, чем за все время учебы. Даже Шестая стала более общительной.

— А это нас возвращают в реальность и заставляют вспомнить, что мы люди, а не машины для убийства разумных. Выпускать таких, какими мы стали тут, в большой мир — смерти подобно. Вот мы и вспоминаем, кем были раньше. Ты на себя-то посмотри — ходил тут весь такой, точно айсберг, с ледяным блеском в глазах. А сейчас даже шутить начал, бунтовать.

— Какие-то у них странные методы…

— Обычные, — пожав плечами, ответила она, присаживаясь рядом. — Главное, что они работают, сам же видишь. Так что насчет этой красотки — будем с ней развлекаться или нет?

— Не хочу.