Королевская кровь 12. Часть 1

Принцесса, понаблюдав за неутомимым Четом, который прыгал и крутился с клинками, поднимая тучи брызг, села спиной к спине Тротта, прислонилась к нему. Макс тоже повернул голову к Чету.

Надписи на рубашке дракона стали почти неразличимы, и Тротт мысленно посчитал даты.

— У вас же сегодня день рождения, — пробормотал он.

— Я и забыла, — призналась она.

— Семнадцать лет. А как будто семьдесят. Столько всего случилось. Вы себя вообще на сотню ощущаете, наверное? — она невесело засмеялась.

— Если не на две, — согласился Тротт и покрутил шеей, ощущая, как прижимается к нему мокрый затылок принцессы.

— Насколько же вы старше… я для вас по-прежнему маленькая? — требовательно спросила она.

— Не взрослая точно. Но и не ребенок. Вы очень изменились, Алина.

— Жаль, что мне нечего вам подарить.

Она засмеялась, нежно, недоверчиво.

— Вам хочется меня порадовать?

— Безусловно, ваше высочество.

Алина нащупала в воде его руку, сжала.

— Вы уже подарили, — ответила она после паузы. — Три глотка воздуха там, под водой. Умения. Жизнь мне — много раз. А на самом деле… Все это… все эти даты кажутся такими неважными сейчас. Все эти подарки, поздравления — это такая ерунда. Главное — что мы еще живы, да? Главное — что живы.

Четери двигался, не обращая на них внимания, ухитряясь на пятачке в пару метров выделывать такие пируэты, что Макс только головой качал от восхищения.

— На самом деле я знаю, что вам подарить, — сказал он наконец. — «Вита мирабис». Запомнили?

— «Жизнь удивительна» на древнесеренитском? — удивленно перевела Алина.

— Да, — он улыбнулся. — Это ключ к щитам на моем доме. К моей лаборатории. К сейфу с артефактами и старыми заговоренными драгоценностями. И к хранилищу с моими идеями, к которым я даже не приступал.

Рука ее судорожно сжалась.

— Я все равно ваша жена, — сказала она сдавленно. — Я это и так унаследую.

— Но не откроете без ключа, — он повернул к ней голову. — Я, видите ли, не предполагал, что женюсь, когда ставил защиту.

Алина снова помолчала.

— Просто останьтесь живы, — попросила она в который раз. — Останьтесь со мной.

Он мог бы сказать, что ему тоже страшно. Что никто не хочет умирать. Но ведь есть что-то большее, чем страх. А произнес другое:

— Я буду с вами до конца моей жизни, Алина.

Наступили сумерки, затем опустилась темнота. Порода продолжала кое-где светиться раскаленно-красным. В щели оврага мелькнула первая луна Лортаха… затем показалась вторая… и вдруг озерцо пришло в движение.

Алина взвизгнула, Тротт выругался.

Четери захохотал и раскинул руки в воде, как чайка в полете.

Вода, подхватив путников, волной понеслась по дну оврага, перепрыгивая через раскаленные камни.