Механики. Часть 1 - 51

Таким образом, оставив несколько таких датчиков в карьере, мы сможем понять частоту появления Аркантитовой породы, где она расположена и сколько её. Но судя по той кучке, килограмм 50-100 получится уже готового пластилина. Пока по некоторым параметрам немного не понятно, надо расшифровывать данные с датчика. Когда поймем, какие волны испускает Арканит и на какой частоте, можно будет настроить датчики, чтобы они улавливали только эти колебания. Тогда будет проще отслеживать появление. Но нужен тот датчик, что забыли.

— А с Блюром что? — с интересом спросил я. — Если из него напрямую гнать сколько топлива будет?

— 1 литр Блюра — 0.75 литров топлива, остальное — отходы."

"— С ценой надо решить что-то, — сказал Апрель, — почём литр продавать будем?

— До продажи ещё далеко, — ответил я, — решим потом. Надо ещё понять, сколько там под землёй Блюра этого. Да и на железо надо думать какую стоимость устанавливать. Вернее, пластилин. И сколько времени у него до затвердевания, если ток через него не проводить? И как мы его продавать будем?

— Блюра много, — улыбнулся профессор. На всех хватит. С пластилином надо экспериментировать. Прям сейчас я не готов ответить, сколько времени он сам засыхать будет.

— Спасибо, Сергей Викторович, за информацию. Тогда занимайтесь датчиками, заводом, вернее, местом для него, лабораторией и что там вам надо. Сколько людей и всё такое.

— Для завода и вышки я уже прикинул, сколько нам людей надо. На вышку надо 3 смены по 10–15 человек. На завод 50.

— Хорошо, — кивнул я, — люди будут.

— Тогда я пошёл собираться, — он поднялся из-за стола и быстрым шагом пошёл ко входу в пещеру.

— Рыжий, чё с Наваррой твоей? Починить тут сможем? — спросил я у него.

— Нет, — отрицательно покачал он головой, — исключено. Нужны запчасти и кое-какое оборудование. У нас тут ничего нет. Задний мост в сторону ушёл и потом, когда Американцем тащили, сваливая от Ящеров с Рогачами, повредили заднюю подвеску.

— Ладно, — ответил я, — главное — живые все. Как Лама? Очухался?

— Очухался, — улыбнулся Рыжий, — вон он, кстати, — кивнул он мне за спину.

Обернувшись, я увидел, как Лама на сделанных для него костылях выходит из пещеры. Вид, конечно, у него «весёленький». Башка забинтована, правая нога — тоже, кисть левой руки также забинтована.

— Привет, Тутанхамон, — крикнул я ему, — как самочувствие?

— Привет, — радостно ответил Лама, ковыляя на костылях, — нормально всё, нога только болит.

— Ничего, через пару недель как новенький будешь бегать. Ты вчера хорошо в кабинке своей покувыркался.

— Да уж, — вздохнул он, — ощущения непередаваемые. Рогач хорошо меня запулил. Чё там с тачкой-то, Рыжий? Сильно Наваре досталось?

— Сильно. Ничего, починим, братан, будем так же ездить и Ящеров мочить.