Часодеи. Часовое сердце

Она вспомнила, как прочертила спираль вокруг себя ЧерноКлючом и благодаря этому выскочила из ловушки — временной петли, сотворенной Еленой Мортиновой. Оказывается, это интуитивное движение Василисы и называлось «эфером кокона». Что бы сказал Фэш, если бы узнал об этом? Василиса внимательно перечитала письмо, чтобы запомнить: вращаясь вместе с ЧерноКлючом по кругу, часовщик делает спираль, освобождающую его из любого часового потока, коридора, петли, портала — в общем, из любого временного пространства. Но почему отец напоминает об этом? Неужели ей вновь придется столкнуться с некой ловушкой, и отец, рассказывая об эфере кокона, хочет предупредить ее?

Девочка решительно встала, поставила часолист на ровную поверхность пня, собираясь попробовать остановить время, а после вернуться назад с помощью ЧерноКлюча.

И вдруг она услышала громкий, отчаянный вопль со стороны лагеря. Ни секунды не медля, Василиса стремглав бросилась через кусты и деревья обратно к палаткам.

Оказалось, что ничего страшного не произошло: Жаба попытался незаметно отхлебнуть горячей каши из котелка, сильно обжег нёбо и заверещал во весь голос.

Пока Рита попеременно отчитывала и жалела незадачливого парня, остальным раздали алюминиевые тарелки с кашей, и ребята расселись возле костра кто где мог.

— Не ел ничего вкуснее! — признал Ник, первым опустошив тарелку.

— Ты просто в лесу никогда не ночевал, — отозвался Фэш, не переставая орудовать ложкой. — На костре всегда выходит отличная еда… Даже суп.

— Суп — вкуснятина! Особенно если с тушенкой, — поддержал Лешка.

— Скорее бы чаю попить… — Диана отставила тарелку и довольно потянулась.

На треногу у костра давно поставили котелок с чистой водой — для настоящего лесного чая. Жаба заявил, что лучше его чай готовить никто не умеет и если ему выдадут еще одну большую порцию гречки с мясом, — так уж и быть, он возьмет на себя нелегкую обязанность чаевара.

— Моя бабка — знахарка, — со значением говорил он, уплетая за обе щеки. — Она мне все травы показывала: мяту, чабрец, лимонник… А если добавить черничных и малиновых листьев — тогда чай вообще убойный выйдет!

— Вот убойного нам как раз не надо! — испуганно замахала руками Рита. — Обойдемся простым черным…

Но Жаба не сдался.

— Да! А еще в лесу чай без головешки — не чай, — произнес он, со значением глядя на вожатого.

Серега понимающе кивнул и поднял вверх указательный палец, давая «добро». Довольный Жаба отбросил пустую тарелку и, взяв несколько добровольцев, ушел в лес за травами.

Только тогда Василиса вспомнила про часолист, забытый в лесу на старом пеньке. Внутри у нее будто что-то оборвалось. Ничего не объясняя, она сорвалась с места и мгновенно скрылась в кустах.