Часовое имя

Немного успокоившись, она зашагала к высоким темным дверям, едва видным на другом конце залы. По пути ей приходилось перескакивать через обломки длинных, полусгнивших досок, насыпей из старой штукатурки и всякого мелкого мусора, опасно крошащегося под ногами. А еще она чуть не споткнулась о грозно торчащие из пола железные прутья, при ближайшем рассмотрении оказавшиеся металлическим каркасом ступенек или чего-то подобного. В этой комнате находилось много шкафов — разломанных, с обвалившимися полками. Зато на уцелевших полках стояли книги — толстые, в массивных переплетах. Василиса решила, что обязательно рассмотрит их получше, но уже на обратном пути, потому что сейчас ей предстояли, по всей вероятности, долгие поиски зала со стеклянным потолком.

Возле камина с узорчатой кованой решеткой Василисе пришлось остановиться: ее взгляд привлекли разгоревшиеся докрасна угли, как-то странно шевелившиеся в жерле. Предчувствуя нечто нехорошее, она подкралась к решетке на цыпочках и в следующую минуту отпрянула с диким визгом: из камина в разные стороны повыпрыгивали угольки и, отчаянно пища, затрусили на тонких черных ножках куда-то за шкафы.

«Крысоугли, — поняла Василиса. — Хорошо, что почти догоревшие, — с облегчением подумала она».

На каминной полке, по углам зеркала, стояли два высоких деревянных подсвечника, густо украшенные кусочками цветного стекла. Василиса засмотрелась на их причудливый рисунок и чуть снова не вскрикнула, на этот раз от неожиданности: на фитильках белых конусных свечей, стоявших в подсвечниках, только что появилось по огоньку.

Василиса почувствовала, как спина в один миг покрылась влажным, липким потом. Она медленно перевела взгляд на зеркало и застыла от ужаса. На миг ей почудилось, будто она сейчас стоит в стороне и просто смотрит в телевизоре страшный фильм. Зеркало отразило ее собственное бледное испуганное лицо с огромными глазами, зависший над головой шар-светильник и — фигуру мужчины, стоявшего у нее за спиной.

Дворецкий…

В следующую секунду Василиса метнулась в сторону дверей, норовя убраться прочь из этой ужасной комнаты, но упала в метре от спасительного выхода, потрясенная новым кошмаром.

Возле дверей, зависнув над нею, в учтивой позе стоял тот самый дворецкий. Подняв голову, Василиса молча смотрела на него, словно на оживший портрет, сошедший со старинной картины, или на привидение, правда, выглядевшее довольно-таки мирно. Мужчина был одет в тот же черно-белый фрачный костюм, а в руке, с перекинутым на локоть белоснежным полотенцем, держал овальный серебряный поднос с гнутыми краями. Но даже при тусклом свете шара-светильника девочка смогла разглядеть необычайно яркие, пронзительно-синие глаза на смуглом лице мужчины.