Часовое имя

Светятся… Прикольно, да?

— Не то слово, — выдохнула Василиса. — Так вот почему она так называется — Млечный Путь! Такое впечатление, будто мы сейчас пойдем по настоящему небу.

— Лучше полетим над тропой, — поправил Маар. — И тогда именно так и будет… Да, и сними обувь.

Они все разулись и, на ходу раскрывая крылья, почти одновременно взмыли в воздух.

Василиса полетела чуть впереди, почти касаясь босыми ступнями дорожки из таинственных кварцевых огней, указывающих путь к самому небу. Ее волосы трепал легкий, прохладный ветерок, приятно обвевая лицо. Девочка раскинула руки и закружилась на месте. Ей хотелось засмеяться или закричать во весь голос, но она боялась разрушить громким эхом столь необыкновенную, уютную, чарующую тишину.

По дороге наверх никто из них не проронил ни слова; каждый думал о чем-то своем, личном.

Практически вся верхняя часть горы была покрыта огромными плоскими валунами, наваленными друг на друга. Маар отыскал ровную поверхность, со всех сторон заслоняемую каменными плитами, надежно защищавшими от ветра. Впрочем, при желании здесь вполне хватило бы места даже для палатки. Пока Василиса восхищенно оглядывалась, Маар куда-то исчез, но вскоре вернулся с большой охапкой дров.

— Поблизости нет деревьев, поэтому мы с Грозой держим небольшой склад в тайнике под камнем.

Маар сел разводить небольшой костер. Девочки ему помогали, по очереди подбрасывая тоненькие ветки. Вскоре огонь разгорелся, и ему на съедение дали несколько поленьев побольше.

Гроза покопалась в рюкзаке Маара, достав небольшой медный котелок.

— Так, я за водой. А заодно травок насобираю.

Сочтя такое объяснение вполне достойным, она вскочила на ближайший камень и вскоре скрылась в темноте.

— Куда она? — удивилась Василиса, тревожно вглядываясь в очертания близлежащих камней.

— Не переживай, у нее глаза зоркие, как у ящерки, — успокоил Маар. — Там, внизу, ручей есть… К тому же она сейчас мяты наберет и еще каких-нибудь пахучих травок. Гроза ведь тоже в деревне выросла, но, в отличие от меня, хорошо всякую растительность знает.

— Я больше переживаю, что мы до дождя не управимся, — продолжил он. — Хорошо бы чайку попить, правда? Иначе зачем я сахар тащил?

— Думаешь, будет дождь? — Василиса с большим сомнением вгляделась в чистое, звездное небо.

— Если Гроза сказала, вполне может быть. Она ведь лучший в мире предсказатель погоды.

— Как же все-таки здесь здорово! — не сдержавшись, выдохнула Василиса. От того, что голова у нее была запрокинута, разболелась шея, но Василиса не могла оторваться от созерцания звездного калейдоскопа в небе. — Можно сказать, что это личный уголок, — добавила она немного тише.

Но Маар услышал.

— Так и есть.