Часодеи. Часовая башня

Некоторые гости выглядели еще чуднее: на них были темные кожаные куртки и брюки, утыканные заклепками, на ногах — длинные сапоги со шнуровкой или на молнии. Головы этих людей украшали котелки или цилиндры с надетыми поверх них очками. Среди присутствующих как ни в чем не бывало вышагивали дамы в платьях с турнюрами и мужчины в сюртуках и фраках. У Василисы сложилось впечатление, что Нортон-старший пригласил гостей из самых разных эпох прошлого."

"Как только она подумала об отце, то сразу же увидела его. Нортон-старший разговаривал с высоким седовласым стариком в широкой белой мантии, в котором Василиса не без удивления узнала Астариуса, правителя РадоСвета. Неожиданно ее внимание привлекла Елена, появившаяся в длинном облегающем платье с очень открытой спиной. Ее высокая прическа была унизана нитями жемчуга, в ушах, на запястьях и в брошке на плече — везде был жемчуг нежно-белого цвета. Елена выглядела великолепно и, зная это, шла по залу с самым высокомерным видом. Василису вдруг поразила очень неприятная мысль, что госпожа Мортинова ведет себя как полноправная хозяйка Черновода. А что, если отец действительно женится на ней? Василиса очень надеялась, что это хотя бы произойдет нескоро.

Неожиданно кто-то схватил девочку за ухо и с силой поволок из зала — она даже пикнуть не успела. В коридоре неизвестный мучитель отпустил ее, и, к своему глубокому изумлению, Василиса увидела перед собой отца.

— Праздник начнется в Тронной Зале через два часа, — раздраженным шепотом произнес он, быстро оглядываясь по сторонам. — Не болтайся под ногами, а займись чем-нибудь полезным. Неужели ты хочешь, чтобы на тебя сейчас накинулась с расспросами добрая половина гостей? Все ключники сидят по комнатам и носа не показывают! — Он замолчал, но его серо-зеленые глаза продолжали метать молнии. — Ты уже забрала очки для полетов у Норта? Я приказываю тебе немедленно сделать это, пока есть время до торжества. Научись наконец вести себя благоразумно!

Напоследок окинув Василису очень сердитым взглядом, он ушел обратно в зал, а она, пристыженная и недовольная, поплелась по окружному коридору на втором этаже. Во-первых, ее очень разозлило то, что отец продолжает обращаться с ней, как с маленькой. Хорошо, что никто из друзей не видел, как он тянул ее за ухо. Ну а если бы свидетелем этой сцены оказались Марк или Маришка — их счастью не было бы предела. Во-вторых, Василиса не знала, во сколько точно начинается праздник. Ну и в-третьих, она не собиралась ни с кем болтать.

Сразу после того, как произошло великое событие — цветение Алого Цветка, — отец строго-настрого запретил рассказывать об этом.