Часодеи. Часовая башня

 — Я спрашивал у старшего Лазарева, как там на самом деле было дело… Белая Королева очень настаивала, чтобы оставили тебя… Но все остальные советницы проголосовали против. Поэтому она ушла раньше, очень рассерженная.

Василиса зло фыркнула: ну надо же, родная мамочка чуть не испортила ей все планы! А как же ее слова о том, чтобы Василиса больше не искала с ней встречи? И нате, пожалуйста, решила ее в заложницы взять!

По-видимому, все эмоции очень ясно отразились на лице девочки, потому что во взгляде Фэша появилась растерянность — он явно принял ее злость на свой счет.

— Между прочим, именно из-за тебя сегодня вечером я вел себя как настоящий идиот, — вдруг сказал он.

— Это еще почему? — косо глянула на него Василиса.

Фэш ухмыльнулся.

— Вообще-то вся идея шла от сестрички… Зная, что феи меня возненавидели, она посоветовала покрутиться весь вечер вокруг Резниковой. Если честно, вначале мне это показалось глупым… А потом я вспомнил, что Лазарев говорил про любой перевес… Ну, что у вас с этой Резниковой равные шансы остаться. И смотри-ка — это сработало. Ты бы видела, какие у этих высокородных фей были физиономии, когда мы танцевали перед ними. Они были готовы испепелить нас взглядами и наверняка подумали, что мы двое влюбленных. — Фэш сделал вид, что его тошнит, хотя вся эта ситуация явно его забавляла.

— Не думаю, что феи настолько мелочны, чтобы такая ерунда определила их выбор, — с некоторым сомнением высказалась Василиса. Однако на душе у нее стало полегче: неужели Фэш из-за нее так старался? — Это было немного жестоко. Ведь ты нравишься Маришке, — через силу произнесла Василиса.

— Она зачасовала Ника. — Голубые глаза мальчика превратились в осколки льда. — Поэтому мне все равно, что она там вообще чувствует.

Василиса изумленно разглядывала Фэша — как будто впервые его увидела. Она вдруг некстати вспомнила его выходку с треуглами — когда он хотел запереть ее с кровожадными иглозубыми «котятами»… Неудивительно, что он сам превращается в этого зверька.

— Лучше не быть твоим врагом, — усмехнулась она. — Астрагор зря переживает, в тебе полно жестокости.

Она все еще была зла, и ей хотелось поддеть друга.

Но он раскусил ее замысел.

— А я уверен, что ты нравишься Марку. — Его левая бровь изогнулась. — Он весь бал не сводил с тебя глаз… Но видишь — он еще жив. А ты говоришь, что я жесток.

Василиса не выдержала и недоверчиво прыснула.

— Придумывай больше… — Тем не менее девочке было приятно его поддразнивание.

— Покатаемся? — вдруг предложил Фэш.

Она с сомнением глянула на ближние качели, состоящие из метровой доски, подвешенной на веревках.

— Боишься? — не отставал мальчик. — Не переживай, я не буду тебя сильно раскачивать.

— Ты что, смеешься?! — не стерпела Василиса.