Час негодяев

Но одновременно столкнули страну в пропасть межнационального конфликта.

Но все-таки Майдан был виноват. Виноваты те, кто его поддерживал, кто был его представителями, спикерами. Майдан – и первый и второй – был виноват прежде всего своей украиноцентричностью. Украина – это многонациональная страна. Это могло стать ее силой, но стало слабостью. Майдан – и первый и второй – ничего не мог предложить русским. Там были люди, которые выкрикивали «Москалей на ножи!», и никто ни разу их не одернул, не прекратил все это. Трагический парадокс – без ударных отрядов, без агрессивных националистов – Майдан вряд ли одержал бы победу. Но привлекая агрессивных националистов в свои ряды, Майдан вынужден был принимать их повестку дня, их видение мира, их ненависть к России. Забывая о том, что, как потом признаются сами майдановцы, в совете Майдана половина сотников была с русскими фамилиями и говорящие по-русски.

И получалось так, что и первый, и второй Майданы становились не победой над злочинной владой, а победой украинцев над русскими. Что почти автоматически влекло за собой контрреволюцию и реванш. Это то, что не могли понять украинцы, не могли вырваться из замкнутого круга. Отсутствие единства страны и в две тысячи пятом не позволило ни провести радикальные реформы, ни вычистить коррупционно-кумовские гнойники. Все свелось к вязкому противостоянию Запада и Востока, к попыткам какой-то культурной экспансии на Восток, к озлоблению и отчуждению. Конечно, всей коррупционной вертикали власти это было очень выгодно, и она поддерживала такую ситуацию всеми своими немалыми силами."

"А второй Майдан закончился уже кровью. Когда «победители» прямо с Майдана были вынуждены отправляться на фронт. Многие уже полегли. И сколько еще поляжет, что с той, что с другой стороны. Фронтовое противостояние украинцев с русскими позволило не проводить реформы. Обеспечило реванш бывших, причем мгновенный. Выдало высасывающим страну паукам новую индульгенцию на бесчинства под лозунгом «Война же идет!». Напрочь лишила возможности нового гражданского протеста – из вполне обоснованного опасения, что если устроить Майдан в Киеве, то рухнет фронт.

Украина обложена со всех сторон, как волк флажками, и выхода нет.

Путь к «банду – геть!» лежал через кровь, и все это понимали. Но вряд ли кто-то отдавал себе отчет в том, сколько будет этой самой крови.

– Допомогу! Допомогу!

Снайпер бил откуда-то слева. То прекращал стрелять, то бил снова. Побратимы лежали вповалку, кто на тротуаре, кто на земле. Парень впереди бил трубой по чему-то железному, укрываясь за парапетом.