Час «Д»

Декламировали по очереди, согласно местам за круглым столом.

Из пухлой черной кожаной папки с эмблемой Совета богов – щедрый Связист не давал ей опустеть, заботливо подкладывая все новые и новые обращения, – был извлечен свиток, добросовестно залепленный по крайней мере десятком грозных печатей различного цвета, размера и конфигураций. Мирей вздохнула и потянулась к вазочке с письменными принадлежностями за чем-нибудь острым. Длиннорукий Гал опередил ее намерение и, взяв маленький ножичек, спокойно вручил орудие труда эльфийке.

– Чего это они письмо так запечатали? – с веселым изумлением ухмыльнулся Рэнд, наблюдая за тем, как обстоятельно эльфийка соскребает одну печать за другой на чистый листок бумаги. В рабочих мелочах Мирей подчас бывала педантичнее Гала. Видно, сказывалась привычка к точности в изготовлении лекарственных снадобий. Известно, что врачам и жрецам беспечность клиентуры не добавляет, а вот на кладбище раньше времени привести вполне может.

– А там отравленный белый порошок, – оптимистично предположила Элька. – Сейчас Мири распечатает, и мы все заболеем сибирской язвой!

– Это какая-то страшная болезнь вашей родины, мадемуазель? – озаботился Лукас.

– Очень страшная, – гордо ответила Элька. – Террористы ее с порошком в письмах рассылали. Дотронулся – и можешь гроб заказывать!

– Ух ты! – изумился Макс.

– Может, отдадим письмо для вскрытия Галу? – добросердечно предложил Рэнд. – Он у нас двужильный, никакая хворь не возьмет.

– Порошка нет, – констатировала Мирей, наконец расправившаяся с печатями, и аккуратно развернула свиток.

– А что есть? – тут же уточнил вор, умащиваясь поудобнее на стуле и подсаживая Рэта себе на плечо.

Команда прекратила дружеский треп и приготовилась слушать очередную жалобу.

– К великому и справедливому Совету богов взывают истинные люди Дорим-Аверона. Просим избавить наш мир от проклятия Доримана, ибо могучие чудовища, несущие тысячи бедствий, обрушились на нашу землю.

Последовала театральная пауза.

– А дальше? – не поняла Элька.

– Всё, – не менее удивленная, чем остальные, ответила Мирей, продемонстрировав плотный пергамент с пятью строками, без подписи и печати. Для надежности эльфийка заглянула даже на оборотную сторону – пусто.

– Может, остальное молоком написали? – как всегда, наобум, будто кто за язык дергал, предположила Элька.

– Зачем?! – изумился Макс, запустив пятерню в вечно лохматую голову.

– А чтоб враги не догадались, – находчиво ответила девушка.

– Еще один милый обычай с родины мадемуазель, – смекнув, пояснил для собравшихся Лукас.