Час «Д»

"

"Едва Лукас прочел заклинание, копья в руках стражников начали судорожно подергиваться и мелко вибрировать, дрожь становилась все сильнее с каждой секундой. Почуяв неладное, мужики разом стряхнули с себя ночную дремоту и с недоумением уставились на личное оружие, начавшее подавать странные, противоестественные признаки жизни.

– Перт, что это с ними? – охрипшим голосом испуганно пробормотал один из стражников, все крепче сжимая подергивающееся копье.

– Чтоб я знал, Хуч, – изумленно ответил второй.

– Может, это нам кажется? – принялся искать очевидное оправдание Хуч.

– Двоим сразу? Не, так не бывает, и пить ведь не пили больше положенного, всего-то по паре кружек пивка, – возразил Перт.

– А не Черный Дракон землю колеблет? Вот они и того, – поспешно выдвинул еще более неправдоподобную версию первый.

– Не, вздор. Мы-то стоим, как стояли, – не поверил в локальное землетрясение напарник, – даже не шатаемся.

Надо отдать должное выучке охранников, даже не зная, что творится с копьями, древки из рук они не выпустили. Те вырвались сами! Резко сорвавшись с места с такой силой, что незадачливую стражу отбросило к двери и изрядно об нее приложило, копья взмыли вверх, как ракеты. Они пронеслись по воздуху, словно брошенные сильной рукой медалиста-копьеметателя, и воткнулись в газоны у Дома стражи, зарывшись в землю на треть, после чего застыли неподвижно. Зато вокруг них стало образовываться какое-то легкое зеленое марево.

– Что вы долбитесь, олухи? Третью стражу захотелось постоять? – Дверь в тюрьму решительно распахнулась, поддав стражникам по мясистым частям пониже спины, и появился еще один сурового вида бородач, судя по его изысканно-вежливому обращению с караулом и величине бороды, старший по званию.

– Видать, так, – подхалимски подтвердил еще один плюгавый, начинающий лысеть охранник, высунувшись из-за спины супербородача.

– Оно, э-э, само, там, улетело, – смог выдавить ошарашенный всем происходящим Перт и махнул рукой в сторону газона, ныне причудливо декорированного парой копий.

– Спаси нас, Дориман! Черный лютует, – выпучив глаза, подтвердил Хуч.

– Ща я лютовать буду, – не поверил в сверхъестественность происходящего начальник. – Вы у меня мамок просить будете вас назад родить, недоноски! Живо оружие, по уставу положенное, в руки взять! Ишь, повыдумывали, улетело! Мозги последние у вас улетели! Как сортиры на восемь восьмидневок чистить отправлю, враз обратно прилетят!

Подхалим, радостно хихикая, закивал, подтверждая, что такой рецепт кого угодно сможет образумить. Выйдя во двор, начальник положил руку на эфес меча и мотнул головой в сторону копий, приказывая стражникам забрать «табельное оружие» из неподобающего места.