Чародольский град

 – Не тебе, на счету которого…

– Позвольте мне вмешаться, – неожиданно и громко произнес кот. И, лениво вскинув крылья, сел на задние лапы. Видя, что никто не собирается ему препятствовать, Чарлин начал:

– Все мы знаем, что нельзя отступить от княжеского слова. Победитель Чаклуна имеет право на законный приз. Эта традиция зародилась еще в древние времена, поэтому, во имя памяти наших предков, мы должны свято соблюдать сложившиеся за много веков обычаи – на них зиждется наша культура, мужает наш народ и процветает родной край. Что касается личных желаний, то предлагаю завершить их обсуждение. Всякий из нас – хозяин собственных стремлений и видит перед собой свою дорогу… Принять, осознать, пожелать или отвергнуть – пусть каждый решает за себя сам. И да рассудит нас время.

Госпожа Чакла склонила в одобрении голову. Тай, красная и взъерошенная, со страхом смотрела на Князя, ожидая его окончательного приговора.

Тот прищурил серые глаза. Его взгляд из гневного стал задумчивым и даже рассеянным.

– Ты прав, Чарлин, как всегда… – Он слегка поклонился черному коту. – Я готов признать, что несколько… погорячился. Победительница Чаклуна имеет право на любое желание – такова традиция, как ты очень вовремя заметил, мой мудрый учитель… Я исполню ее желание. А теперь, коль все формальности соблюдены, разрешите откланяться.

Он поклонился по очереди госпоже Чакле, господину Чарлину и в завершение – Тай. После этого молча исчез в сверкающей дымке ультрапрыжка.

Глава 26

Сундук госпожи Мендейры

Битва призраков, мечущихся в мареве света и тени, продолжалась. Черные рыцари, высоко поднимая мечи, отчаянно рубились с белыми. Каве наблюдала за сражением отстраненно, словно за боем фигур на шахматной доске. Она знала, что не может вмешаться. Смирившись, девушка безропотно ждала, кто победит. Вокруг плыли серые корабли облаков, проносились стрижами планетники… Летели длинные поезда по сверкающим рельсам, бежали по стадиону могучие атлеты… Все было странным, нереальным, не поддавалось логике.

А бой шахматных фигур все продолжался: вот белую королеву окружили белые и черные рыцари, и все теснили, теснили к краю большой, черной пропасти…

«Ты не виновата, Каве… Кристу Соболь настигло собственное проклятие…»

Голос ворвался в ее сознание, как ветер в распахнутое окно, и закружился в хороводе слов:

«Ведьма сгинула из-за собственной алчности… Доверилась Лютогору… Он обманул ее, наградил чудовищным проклятием… Золотой Ключ отразил его… Ты не виновата… Просыпайся!»

И она открыла глаза.

Вначале девушка ничего не увидела, лишь продолжал звучать в голове тихий голос из сна.