Чародольский браслет

В следующий миг произошло нечто странное: ее будто накрыло волной чужих ощущений… Отчаяние, злость, даже гнев, и – слабость, надежда, страх, желание – мысли и чувства перемешались в кучу, словно разноцветные стекла в поломанном калейдоскопе, никак не желая складываться в правильный геометрический узор. Подобное произошло тогда же, когда…

Лешка отскочил в сторону, будто ужаленный:

– Не приходи сюда больше!

– Если бы не ты, я бы и не пришла. – Татьяна вновь подступила к нему. – Ты хотел со мной поговорить, поэтому и прислал монету без записки.

На смуглом лице парня вновь проступил легкий румянец.

– Не придумывай! Про монету отец сам расскажет. Наверняка снова к тебе зайдет, – с горькой усмешкой произнес он.

Тане показалось, что Лешка снова над ней издевается, и она этого не стерпела:

– Да вы с отцом меня уже достали! Я вас обоих ненавижу!

Взгляд черных глаз потемнел. Татьяне даже почудилось, что сквозь черты сына проступил облик Вордака-старшего.

– Да если бы не мой отец, ты бы уже давно мертва была, – прошипел парень. – Дикие только и ждут, чтобы схватить тебя и отобрать браслет! Ты разве не поняла, что мы тебя охраняем? Оберегаем от других? До того момента, пока ты не пройдешь этот чертов Обряд Тайных Сил.

Выговорившись, парень недоуменно покачал головой, словно не одобрял собственной словоохотливости.

– Вы не говорили мне про диких, – тихо произнесла Таня.

– Слушай, все вопросы – к моему отцу, ясно?

– А ну признавайся! – Она перешла в отчаянное наступление и вновь чуть не прижала парня к стене. – Ты вынудил меня на этот субастральный уровень попасть?

– Я."

"Таня, не ожидавшая такого прямого ответа, отступила. Как же все-таки они с отцом похожи! Ведь старший Вордак тоже любил озадачивать таким образом.

– Да, я… – повторил Лешка, принимая обычный самоуверенный вид. – Чтобы помочь тебе переговорить с браслетом. Ведь разговорчик состоялся, верно?

– Не скажу, – огрызнулась Таня.

– А мне и неинтересно, – пожал тот плечами. – Отцу расскажешь, если жить захочешь.

– Ах так?! Значит, ты все время по его приказу действовал.

– Возможно.

Татьяна размахнулась и изо всей силы залепила ему пощечину.

У него непроизвольно отвисла челюсть. На щеке ярким малиновым цветом проступал довольно четкий отпечаток ладони.

В глазах у Лешки уже плясали злые огоньки.

«Ну давай же, рассердись… – с какой-то мрачной веселостью мысленно умоляла Таня. – Дай мне повод».

Но огоньки погасли.

– Слушай, просто уйди отсюда, – сухо произнес он. – И все.

Но в девушку словно бес вселился.

– Ты не можешь прочесть мои мыслечувства, – заявила она. – Странно.