Дар чародея

– Благодарю вас всех, – улыбнулась Надя смущенно от такого внимания. – Вы очень добры ко мне.

– Конечно, хорошо строить счастье, когда устранил все трудности, которые мешали житью, – вдруг желчно процедил Аркадий, на лице которого явно читалось недовольство.

– Вы о чем, сударь? – спросил Сергей, переводя на него взор.

– О том, что счастье, построенное на несчастье других, не принесет успокоения душе. И этот ваш фарс и обручение только вызовут в обществе гадкие слухи! Извините, Надежда Дмитриевна, – обратился Аркадий к девушке. – К вам мои слова не относятся. Вы чистое существо, такой и оставайтесь.

– На что вы намекаете, Аркадий Иванович, не пойму? – уже недовольно заявил Сергей, пытаясь держать себя в руках.

– Не намекаю, а говорю прямо. Тело моей сестры еще не простыло, а вы, милостивый государь, уже женитесь! И это доказывает то, что вы совсем не любили ее!

– Ты неправ, Аркаша, – вмешалась Велина Александровна. – Прошло уже более года, и Сереженька так страдал…

– Тринадцать месяцев! – не унимался Бакунин. – И страданий я не видел!

– Может быть, сударь, вы позволите мне самому устраивать мою жизнь, как мне угодно? – спросил, мрачнея, Сергей, ненависть Аркадия к нему была просто невыносима. – Или я должен спрашивать вашего позволения?

– О! Братцы! Ну что вы так разошлись? – воскликнул Никита, похлопал Сергея по руке и тут же посмотрел на Аркадия, сидящего по диагонали от него. – Мы же одна семья, негоже нам ссориться.

– Семья? – вспылил Бакунин. – Не смеши меня, любезный Никита Михайлович! Не семья, а серпентарий!

– Боже, Аркаша, ну что ты такое говоришь? – вспыхнула вмиг Велина Александровна.

– Аркадий Иванович, уж будет вам, – вмешалась актерка. – У Сергея Михайловича и Надежды Дмитриевны чувства все же, они такие счастливые, видно по ним. А вы прямо портите все.

– Тебе, Аркаша, тоже надо завести невесту, и тогда, быть может, девица рядом успокоит твой горячий нрав, – сказал граф Никита. – Я как друг тебе давно это советую.

На этот заявление Чернышева Аркадий окончательно набычился, уже через минуту швырнул салфетку на стол и, встав, фыркнул:

– Благодарствую!"

"Быстро выйдя из столовой, Бакунин назло сильно хлопнул дверью.

– Ну что за неуемный человек, – начала Верескова. – Все время не в духе. С его норовом никакая девица рядом не сможет находиться.

– Не обращай внимания на него, братец, – попытался успокоить брата граф Никита, видя, что на лице Сергея написано озабоченное выражение. – Ты же знаешь его, всегда был взрывным, характер его уж не изменишь.

– Да, все же не может он меня простить, только не пойму, чем я провинился перед ним? – печально произнес Сергей.