Чайлдфри

Конечно, она не собиралась ударяться в загул, все-таки, мать двоих детей, но осознавать, что сегодняшний вечер можно провести, не дергаясь и не поглядывая поминутно на часы, было приятно.

Она специально заранее купила это платье для встречи выпускников, очень провокационное, с глубоким вырезом впереди на запах до самой талии, что завязывалось на боку большим бантом.  Еще когда она только его примеряла, сразу представила, как отреагирует Силанин, самый красивый парень школы, ее первая любовь и первый мужчина, он точно должен был приехать из столицы, где жил все эти пять лет. Ярко красное, в один тон с той самой запрещенной помадой, что так раздражала Аверина…

Стоп! При чем здесь Клим? Она одевалась для Андрея, его она хотела сразить наповал сногсшибательным сочетанием смуглой кожи, темных, почти черных волос и сочным, будоражащим воображение оттенком красного. До сих пор Катя не понимала, почему Андрей выбрал ее, чем она его привлекла — зажатая, привыкшая всегда быть в тени хрупкой и неземной красоты старшей сестры с чудными фиалковыми глазами, Фиалки…

Рядом с белокожей Аллой Катя всегда казалась себе цыганкой или чернокожей невольницей, взятой в услужение из милости. Конечно, сестра сердилась на нее и отчитывала, но Катя не могла не видеть, что в глубине души та соглашается с ней и ощущает свое превосходство. Да жаль, что дети пошли в мать разве что цветом волос...

Их роман с Андреем начался ровно четыре года назад с такой же встречи выпускников через год после окончания школы. Он сразу повез ее к себе и был немало удивлен, что оказался у Кати первым. Может, даже больше раздосадован, потому что не рассчитывал на такой сюрприз, и ей приходилось изображать удовольствие, хоть удовольствия там кот наплакал. Было больно, внутри саднило, но по уши влюбленная Катерина была готова терпеть и изображать все, что угодно.

Андрей уехал обратно в столицу, куда перебрался вместе с родителями сразу после школы. Этот роман продолжался целых три года, пока однажды по вайберу ей не пришла ссылка в инстаграмм на страницу некоей Виктории Красновой. Бесконечные фоточки с отдыха, букеты цветов и переплетенные руки заканчивались целой фотосессией бракосочетания самой Виктории, к слову, совершенно никакой, и Андрея Силанина. Последним как раз красовался снимок первой страницы новенького паспорта на имя Виктории Силаниной.

Три дня Катя пролежала в своей комнате, глядя в потолок и совсем ничего не чувствуя, игнорируя звонки и сообщения Андрея, а потом он заявился собственной персоной с букетом и золотыми сережками в подарок, как будто ничего не произошло. Катя довольно спокойно предложила оставить ее в покое.