Чай с жасмином

— Через восемь дней есть окно.

— Отлично!

Вывожу ее на улицу к моему мустангу.

Держу за руку. В другой руке два шлема.

— Леша…

— Что?

— Это все?..

— А?

— По законам вашим я жена?

Открываю рот, чтобы объяснить. И закрываю. Вдыхаю поглубже…

— Да.

Нет, я никак не хочу этим пользоваться! Я просто очень хочу, чтобы она расслабилась рядом со мной. И перестала бояться, что ее заберет Джан. Мне кажется, от своей тревоги и неопределенности у нее скоро нервный срыв случится, а я не хочу этого.

— А… ммм… религия?

— Что — религия?

— Ты хри-сти-анин?

— Да.

— Я мусульманка. Надо… ммм… отказаться? — хмурится, ища слова. — У нас — никях. Здесь как? Религия. Ритуал. Не могу объяснить.

— Никях — религиозный брак?

— Да.

— У христиан — венчание. Муж и жена перед Богом. Но это не обязательно. И религию тебе не обязательно менять. Важно — вот это, — киваю на загс. — Тогда законы будут на нашей стороне.

— У нас никях выше бумаг, закон… как это?… слабее семьи.

— У нас выше бумаги. Закон сильнее семьи. Ты гражданка России. Здесь нужно жить по нашим законам. И ты моя жена теперь, — сглатываю я ком в горле, в первый раз по-настоящему осознавая этот факт.

Жена!!!

— А Джан как?

— Он никто тебе, ты никто ему. Никаких прав нет у него на тебя!

— Муж… — растерянно смотрит на меня.

Даже кольца не купил! — доходит до меня. — Но ведь до заключения брака еще восемь дней и я собирался успеть сделать это.

Глажу ее пальчик.

— Кольца нужно купить. Но я сделаю это немного позже, хорошо? Когда мы поедем забирать документы, подтверждающие наш брак.

Не хочу покупать сейчас. Я помню ее массивные дорогие кольца. Денег на такие у меня пока нет. Нет, они есть… Но вклад под проценты заморожен до конца лета. Мне хочется подарить ей что-то не менее ценное, чем она привыкла носить на своих пальчиках.

«Когда любят — дарят защиту!» — вспоминаю я.

Буду думать где взять.

— Поехали?

— Куда?

— К моим друзьям. Поживем пару дней у них.

Тяну ее к мотоциклу.

— Леша… — неуверенно. — Я — семья?

— Не понимаю…

— Твои севджили акраба. Разве они признаю брак с такой?

— Ну какой еще — такой?! — поправляю прядь ее волос, выбившихся из косы.

Пытается дернуться от моей руки, но краснея застывает, позволяя мне.

— Акбара?

— Отец, братья… Старшие! Так?

— Братьев у меня нет. Только сестра. А отцу с мамой ты понравишься, я уверен! Мои тебя примут. Не переживай.

— Джан… Не сможет забрать?

— Нет, не отдам. Ты моя!

— Твоя…

— Ты моя, а я твой, — медленно тяну ближе. — Я — твой.

— Твой… Мой? — непонимающе. — Муж мой?

— Муж, — киваю я. — Я твой.

— Как это?!.. Не так. Я — твоя. Ты — муж.

— Не так, — качаю головой. — Ты — моя. Я — твой. И я тебе принадлежу.

— Как?..

Поднимаю ее кисти, целую в ладошку, кладу себе на грудь, прямо на неровно колотящееся сердце.