Чудо-чадо и чудовище

Дурачась, осматриваясь вокруг не видит ли кто, обмениваясь короткими поцелуями, мы доходим до стайки. Издали слышен щебет Марины. И так понятно, что она в восторге от козы. Да уж, впечатлений ей сегодня привалило больше чем за все пять лет.

В стайке, на заборчике из параллельно расположенных досок, на нижней из них стоит Марина. Ее придерживает за талию Любовь Михайловна. Алиса поверх загончика тянет пучок зеленой травы козе.

Маруська коза представительная. Вся чисто–белая, с мелодичным колокольчиком на груди, изящными дугообразными рогами, длинными ушами и бородой. Важно мигает узкими зрачками, жует что–то, переступает копытцами по соломенному настилу – красуется перед толпой, как актриса перед объективом."

"– Мама, смотри какая она красивая! – восхищается дочка. – Я ее по рожкам погладила, они теплые!

– Это не опасно? Она не кусается? – спрашиваю Любовь Михайловну.

– Нет–нет, она не кусается, но мы следим. Марина, ты что решила, приедешь к нам с Алисой завтра?

– Ага, – машет головенкой дочка. – Я Джекки и его маме обещала, что буду играть с ними. А еще Чернышке, Персику и Мурчатам. Ой, Маруся, я к тебе тоже завтра приду, будешь меня ждать?

Маруся, не переставая жевать, пошевелила ушами и притопнула копытцами. Наверное, хотела этим сказать, что будет.

– Марина, кто такие Персик и Мурчата? – выгнул брови Дима.

– Это котята. Мы с Алисой их так назвали.

– Ну, Персик, понятно, это рыженький, а Мурчата почему?

– Так они же мурчат. Тихо–онечко так, на ушко. Мур–мур–мур.

– И у них одно имя на двоих?

– Пока одно, – вздыхает. – Они же одинаковые, вдруг мы их перепутаем?

– Верно, путаница нам ни к чему.

– Тогда мы будем тебя ждать утром, – заключила Любовь Михайловна. Опустила Марину на пол, а потом покосилась на нас с Димой. – А хочешь, оставайся у нас ночевать, места много. Пижаму у Алисы возьмем.

– О, точно, оставайся, – воодушевленно подхватывает Алиса. Чую, девочка нашла себе информатора, готового рассказать ей все–все о нас с Димой.

– Мама, можно? – умоляющие глазки дочки заглядывают прямо в душу. А вместе с ней и все ждут от меня ответа.

Что делать? Марина никогда не ночевала в гостях. Безмолвно прошу помощи у Димы.

– А почему нет? – подхватывает тот. – И мы останемся.

И тут же шепчет мне на ухо, вызывая рой приятных мурашек:

– Я дам тебе свою рубашку.

""НЕТ"" глазами.

""ДА"" зеркалит.

– Вот и отлично, – подытоживает Любовь Михайловна, – и мама с дядей Димой останутся. А утром они на работу поедут, а мы Маруську вместе покормим, да?

– Да–да, – Маришка хлопает в ладоши и подпрыгивает на месте. Сама как маленькая козочка. – А она молочка нам даст?

Пока Любовь Михайловна, Алиса и Маришка выходят из стайки и по пути обсуждают планы на завтра, я беру Диму за локоть и отвожу в сторону.