Чудо-чадо и чудовище

Проезжаем несколько улиц с одно или двухэтажными домиками. Здесь, в отличие от города, много зелени, пестрых цветов в палисадниках. Кажется, если открыть окно, то салон тут же наполнится благоухающими запахами, что источают яркие краски разнообразных цветущих растений.

Маришка сзади тихо охает. Ей уже все нравится.

– Мам, мам, смотри, пряничный домик! А этот на дворец похож. А этот с балкончиком. Ух ты–ы…

Я тоже кручу головой во все стороны, Дима улыбается радостным возгласам кнопки.

– Дим Димыч, а у бабы Любы есть балкончик? А у нее дворец, теремок или избушка?

– Скоро сама все увидишь.

– А мы скоро приедем? – нетерпеливо ерзает Марина.

– Скоро, еще один поворот и все.

Чем меньше остается до пункта назначения, тем стукоток в груди моей становится громче и чаще с каждым оставленным позади метром.

– Ну ты и паникерша, – посмеивается Дима, посматривая на меня время от времени.

– Так заметно, да?

– Ага. Я думал, попросишь повернуть обратно.

– Я хотела. Если бы не Марина, попросила бы.

– Дочка у тебя уникальная. Если бы не она, мы бы не встретились.

– То есть ты признаешь, что в ""Северный ветер"" по твоей наводке меня взяли?

– Косвенно я поспособствовал, да, но решение принимал Олег.

– Я так и знала! Чудовище!

Дима заглушил машину у высоких металлических ворот. Домика не видно за глухим забором и высокими кронами плодовых деревьев.

– Кто же, кто же там живе–ет? – в предвкушении нового обрадовалась дочка.

– Вот сейчас и узнаем.

Дима сделал два коротких гудка.

– Приехали. Выгружаемся.

Уф. Страшновато. А вот Маришке и Диме весело. Ну ладно, уговариваю себя успокоиться. Будем действовать по ситуации.

Едва мы с Маришкой выбрались из авто и я взяла торт в руки, как чуть поскрипывая открылась дверь, и нас вышли встречать.

Девочка лет тринадцати–четырнадцати с темно–русыми распущенными волосами длиной до лопаток, в коротком цветастом платьице и фиолетовых шлепках и женщина лет за пятьдесят, которую бабушкой язык не повернется назвать.

Димина мама невысокая и довольно–таки красивая. В легком домашнем платье–халате, с короткой прической. Волосы у нее темные с шоколадным оттенком завиваются в легкие локоны, а лицо милое, с добрыми лучиками–морщинками, что образовались от широкой приветливой улыбки.

И сразу видно родственников – одинаковые разрез глаз, улыбка и внимательное разглядывание меня и Марины в четыре глаза. А еще поразительное сходство Димы с мамой, а Алисы с Олегом.

Мы все хором здороваемся (только мы с Маринкой немного робея), а потом дружно смеемся над синхронностью и нервозность моя немного падает.

– Так вот ты какая, девочка Марина, – радушно улыбается женщина, приседая возле моей малышки и обхватив ее за талию. Покрутила ее в разные стороны. – Ну–ка, дай на тебя посмотреть.