Женщины Цезаря

Один из недостатков браков по расчету, особенно заключенных столь поспешно, – это воздействие на молодую жену. Она совсем не знала мужа, и в тех случаях, когда девушка обладала замкнутым характером, как Кальпурния, застенчивость и неловкость возводили стену между супругами. Понимая ситуацию, Цезарь постепенно разрушал эту стену. Он относился к Кальпурнии так, как относился к Юлии, с той лишь разницей, что Кальпурния была женой, а не дочерью. Он занимался с ней любовью ласково, весело, тактично.

Когда Кальпурния узнала от своего довольного отца, что должна выйти замуж за старшего консула и великого понтифика, она испугалась. Справится ли она? Но Цезарь был такой внимательный, такой заботливый! Каждый день он дарил ей маленькие подарки, браслет или шарф, пару сережек, какие-нибудь красивые сандалии, которые привлекли его внимание на рыночной площади. А однажды, проходя мимо, он бросил что-то ей на колени (ей не следовало знать, что он проделывал такое с женщинами не раз и не два). Это «что-то» зашевелилось и тоненько мяукнуло – о, он принес ей котенка! Как он узнал, что она обожает кошек? Как он узнал, что ее мать ненавидит их и не разрешает держать в доме?"

"Черные глаза Кальпурнии заблестели, она взяла в руки комочек рыжего меха, подняла к лицу и, радостная, взглянула на мужа.

– Он еще очень маленький, но в Новый год ты мне его дашь, и я его кастрирую, – сказал Цезарь и понял, что ему нравится видеть радость на ее хорошеньком личике.

– Я назову его Феликсом, – сказала она, улыбаясь.

Муж засмеялся:

– «Счастливый и плодовитый»? С Нового года это не будет соответствовать истине, Кальпурния. Если его не кастрировать, он начнет убегать из дома. Он не станет больше составлять тебе компанию, и мне придется среди ночи бросать в него ботинком. Назови его Спадо – кастрат. Это подойдет лучше.

Продолжая держать котенка, она встала, одной рукой обняла Цезаря за шею, хотела поцеловать его в щеку, но Цезарь повернул голову, и поцелуй пришелся в губы.

– Нет, он – Феликс.

– Это я – счастливчик, – сказал Цезарь.

– Откуда он? – спросила Кальпурния, целуя белый веерок морщин в уголках его глаз. Сама того не зная, она повторяла любимую дочернюю ласку Юлии.

Сморгнув слезу, Цезарь обнял ее:

– Я хочу заняться с тобой любовью, жена, так что положи Феликса и пойдем. С тобой мне становится легче.

Позднее он озвучил свою мысль матери:

– Кальпурния облегчает мне жизнь без Юлии.

– Да, это так. В доме обязательно должен быть кто-то молодой, по крайней мере для меня. Я рада, что и тебе хорошо.

– Они с Юлией не похожи.

– Очень не похожи. Но это к лучшему.

– Она обрадовалась котенку больше, чем жемчугу.

– Отличный знак. – Аврелия нахмурилась. – Ей будет трудно, Цезарь.