Женщины Цезаря

Ему нравится Цицерон, но намного больше он увлечен своей коммерческой деятельностью. Денег ему не надо, но вот власти он хочет. Может быть, и хорошо, что политика его никогда не интересовала, иначе у тебя был бы соперник. Гай Оппий – крупнейший банкир в Риме. У тебя уже есть Бальб. Привлеки на свою сторону и Оппия. И Брут определенно твой – благодаря Юлии.

Сервилия лежала в ванне, ее великолепные груди слегка покачивались на поверхности воды, густые черные волосы были собраны на макушке. Большие черные глаза, казалось, смотрели куда-то внутрь, в глубину ее сознания.

– А что ты скажешь о Помпее Магне? – лениво поинтересовался Цезарь.

Сервилия вся напряглась и вдруг пристально посмотрела на него:

– Нет, Цезарь, нет! Только не пиценский мясник! Он не понимает, как живет Рим, никогда не понимал и никогда не поймет. Он обладает природными способностями и огромной силой, которую может направить и на добро, и на зло. Но он – не римлянин! Если бы он был римлянином, он никогда бы не поступил с сенатом так, как он поступил, чтобы стать консулом. Помпей не обладает проницательностью, в нем нет уверенности в собственной непобедимости. Помпей воображает, что правила и законы существуют для того, чтобы нарушать их для личной выгоды. И все же он жаждет одобрения, и его постоянно разрывают противоречивые желания. Он хочет быть Первым Человеком в Риме до конца жизни, но на самом деле он не имеет никакого понятия, как этого добиться.

– Правда, он не очень умно повел себя при разводе с Муцией Терцией.

– В этом виновата Муция Терция. Ты забываешь, кто она такая. Дочь Сцеволы, любимая племянница Красса Оратора. Только такой пиценский дурак, как Помпей, мог пожизненно запереть ее в крепости в двухстах милях от Рима. Так что ей ничего не оставалось, как наставить ему рога, да еще с таким крестьянином, как Тит Лабиен. Хотя она предпочла бы тебя.

– Это я всегда знал.

– Так считают и ее братья. Вот почему они поверили ей.

– Ага! Я тоже так подумал.

– Но Скавр ей подходит.

– Значит, ты считаешь, что я должен держаться от Помпея в стороне?

– Тысячу раз да! Он не может играть в твою игру, потому что не знает правил.

– Сулла управлял им.

– А он управлял Суллой. Никогда не забывай этого, Цезарь.

– Ты права, он управлял Суллой. И несмотря на это, Сулла нуждался в нем.

– В таком случае Сулла еще больший дурак, – презрительно фыркнула Сервилия.

Когда Луций Флавий вновь представил на плебейском собрании законопроект Помпея о земле, все его шансы провалились. Целер торчал в комиции, чтобы помучить всех и поразглагольствовать. И они так схватились с бедным Флавием, что тот воспользовался своим правом и отправил Целера в тюрьму Лаутумия. Из своей камеры Целер созвал сенат.