Женщины Цезаря

"

"– Учтите, – ревел Катон, – сегодняшние скандальные условия – это прямой результат тлетворного влияния Востока! С тех пор как мы подчинили себе Анатолию и Сирию, мы, римляне, приобрели омерзительно грязные привычки, вывезенные из этих сточных канав порока! На каждое вишневое или апельсиновое дерево, доставленное в Рим, чтобы увеличить урожаи нашей любимой родины, приходится десять тысяч зол. Не надо стремиться завоевать весь мир, и я не стесняюсь говорить это. Пусть Рим продолжает быть таким, каким он был в старину, – сдержанным, высоконравственным! Пусть он остается Римом, которому было все равно, что делается в Кампании или Этрурии, не говоря уже об Анатолии или Сирии! Тогда каждый римлянин был счастлив и доволен. Все изменилось с тех пор, как жадные и амбициозные люди начали считать себя выше других. «Мы должны контролировать Кампанию, мы должны учредить наше правление в Этрурии, каждый италиец должен стать римлянином, и все дороги должны вести в Рим!» И появился червь – денег уже недостаточно, и власть пьянит больше, чем вино. Посмотрите на количество похорон за счет государства! Часто ли в старину государство тратило свои деньги, чтобы похоронить людей, способных оплатить собственные похороны? Как часто государство делает это теперь? Иногда кажется, что мы оплачиваем похороны самое малое раз в неделю! Я был городским квестором, я знаю, сколько государственных денег тратится на такие пустяки, как похороны и праздники! Почему государство должно оплачивать общественные пиры, чтобы простолюдины могли обжираться угрями и устрицами, а потом еще брать домой остатки в мешках? Я скажу вам почему! Чтобы некий амбициозный человек мог купить себе консульство! «Но простые люди не могут прибавить мне голосов, – кричит он. – Я римский патриот, я просто люблю доставлять удовольствие тем, кто не может получить его сам!» Да, простые люди не могут дать ему голоса! Но все торговцы, которые доставляют еду и питье, – они-то могут и дают ему голоса! Вспомните цветы Гая Цезаря, когда он был курульным эдилом! А закуски, чтобы набить животы двухсот тысяч простолюдинов, не заслуживающих этого! Прибавьте еще продавцов рыбы и цветов, которые тоже голосуют за Гая Цезаря. Но это законно, к нему нельзя применить наши постановления о взятках…

Тут Помпей встал и вышел. За ним последовали остальные сенаторы. Когда солнце зашло, только четыре человека слушали одну из лучших обструкций Катона: Бибул, Гай Пизон, Агенобарб и несчастный консул с фасциями, Луций Афраний.

И Помпей, и Красс послали письма Цезарю на Марсово поле, в гостиницу Миниция.