Женщины Цезаря

– Квириты, сегодня – четвертый день января в год консульства Децима Юния Силана и Луция Лициния Мурены! К северу от Рима, на обширной территории Этрурии, изгой Катилина важно расхаживает с армией мятежников! Сражаться с ним поручено Гаю Антонию Гибриде, который командует армией, по крайней мере раза в два превосходящей силы Катилины! Но ничего не происходит! Прошло уже почти два месяца с тех пор, как Гибрида покинул Рим, чтобы покончить с этой жалкой кучкой ветеранов из Этрурии, таких старых, что у них колени скрипят, но ничего не происходит! Рим продолжает жить в условиях действия senatus consultum ultimum, а проконсул, командующий легионами, бинтует свой палец!

Настал черед свитка вступить в игру. Игра предстояла серьезная. Непот был не так глуп, чтобы думать, что этому собранию понравится клоун. Он прокашлялся и сразу приступил к деталям:

– Я предлагаю народу Рима освободить Гая Антония Гибриду от обязанностей главнокомандующего. Я прошу народ Рима заменить его Гнеем Помпеем Магном. Я требую, чтобы народ Рима наделил Гнея Помпея Магна imperium maius на всей территории Италии, кроме самого Рима! Далее, я прошу дать Гнею Помпею Магну столько денег, войск, вооружения и легатов, сколько он потребует. Я предлагаю постановить, чтобы его специальное назначение вместе с imperium maius продолжалось до тех пор, пока он сам не решит сложить с себя полномочия!

Как только Метелл Непот произнес эти слова, Катон и Терм вскочили.

– Вето! Вето! Я налагаю вето! – в один голос крикнули оба."

"Град камней со свистом обрушился на магистратов, казалось, ниоткуда. Громилы бросились сквозь ряды сенаторов к обеим лестницам. Курульные кресла попадали, когда консулы, преторы и эдилы ринулись вверх по широким мраморным ступеням в храм. Плебейские трибуны скакали за ними следом – все, кроме Катона и Метелла Непота. Цезарь обмотал правую руку тогой и отступил, окруженный ликторами, вместе с Непотом.

Но Катон упорствовал. Он все продолжал кричать, останавливаясь на каждой ступени лестницы, что он налагает вето, пока Мурена не выбежал из-за колонн и силой не втащил его внутрь. Гарнизон вступил в битву со щитами на груди и на спине и с длинными палками. Постепенно громилы, успевшие забраться на платформу, были сброшены. Теперь сенаторы ринулись в храм в поисках укрытия. А внизу, на Форуме, разразился полномасштабный бунт. Улюлюкающий Марк Антоний и его приятель Курион напали на громил, а их друзья кинулись им помогать.

– Ну что ж, хорошее начало года! – резко заметил Силан, волнение заглушало боль в животе. – Ликтор, я приказываю тебе подавить бунт!

– Не надо! – устало сказал Цезарь. – У меня здесь гарнизон. Я приказал им прийти сюда, когда заметил странные лица в толпе. Теперь, когда мы ушли с ростры, до очень серьезного столкновения не дойдет.