Бесноватый цесаревич

Света свечей едва хватало рассмотреть его лицо более внимательно, но мне они и не требовались. Я, может, не великий физиономист, но сотрудника конторы могу узнать при любом освещении.

– Сергей Иванович Волков, коллежский асессор, – представился гость. – Прошу простить за ночное вторжение, но дело действительно важное.

– К какому ведомству вы приписаны?

– Я из канцелярии генерал-прокурора."

"Интересный товарищ. Звание у него соответствует майору пехоты, невелика птица, но уже гарантия личного дворянства. Плюс очень интересное ведомство представлял ночной гость. Генерал-прокурор при Екатерине заведовал юстицией и финансами, контролем над ними уж точно.

– Я чем-то заинтересовал графа Самойлова?

– Никак нет. К графу это не имеет никакого отношения. Прошу вас ознакомиться с этим документом, – произнес Волков и передал мне запечатанный конверт.

Я придвинул поближе подсвечник и развернул бумагу. Сразу не обратил внимания, но потом понял, что оттиск на сургуче – личная печать умершей императрицы. Все страньше и страньше. Текст письма был еще более чудесатее. Прочитал второй раз и задумался. Почерк принадлежал Екатерине, здесь сомнений нет. На интригу или какую-то игру вельмож не похоже.

– Я все верно понял? Ее Величество не перепутала цифры, нолик, например, лишний дорисовала?

– Все прочитанное вами верно. Чеки и векселя у меня с собой. Деньги и документы, которые указаны в письме, переданы мной Павлу Ивановичу, – ответил гость.

– В письме указано, что я могу рассчитывать на некоторых людей. Кроме вас, Некрасова, казначеев Хоффмана с Шульцем и этого лакея Михаила, который совсем не лакей, кто еще?

– Есть два человека в невысоких чинах. Один служит в ведомстве Безбородко, а второй у Макарова Александра Семеновича[50]. Другие фигуры малозначительные, но могу предоставить вам список.

Очень интересно. Волков в казначействе, второй при дипломатическом ведомстве, а третий вообще из Тайной экспедиции.

– Разрешите вопрос, ваше высочество? Как вы догадались насчет Михаила Ильина, это который лакей? У Некрасова выправка армейская, здесь понятно, и немцев-казначеев вам практически навязали. Но Ильин в армии не служил и хорошо справляется со своими обязанностями.

– Повадки у него, как у зверя. Двигается мягко, как ласка, и глаза выдают. Даже не знаю, какой величины кладбище за его плечами.

– Вы меня опять несказанно удивили, – произнес чиновник и продолжил: – Я сам наблюдал и докладывал Ее Величеству о странностях, произошедших с вами. Но не разглядел, что вы изменились еще сильнее. Догадаться по некоторым движениям, что человек опасен, сможет не каждый. А ведь Михаил действительно обучался лакейским премудростям и просто так себя выдать не мог.