Бесноватый Цесаревич 2

Поспать опять толком не удалось, может, минут на тридцать провалился в сладкую дрёму. Уже начало светать и скоро надо собираться. Будто-то, почувствовав мои мысли, слева началось шевеление и два сонных глаза удивлённо уставились на меня. Через секунду любимое лицо озарила улыбка, и она провела рукой по моему лицу.

-Я думала всё это сон. Никак не могу поверить в то, что мы вместе, пусть и на столь короткий срок.

Сердце на миг сжалось и сразу забилось с бешеной силой. Умом понимаю, что надо забыть эти две ночи как сладкий сон и даже в мыслях запретить себе думать о них. Но не могу себя заставить, а скорее не хочу. Предстоящее расставание не даёт мне покоя и в голове роются варианты следующих встреч.

-Мы ещё обязательно будем вместе. Главное наше желание, — начинаю поглаживать сразу набухшие соски и опускаю руку ниже к плоскому животику.

Дрожь, пробежавшая по столь желанному телу, стала командой к дальнейшим действиям. Начинаю гладить внутреннюю поверхность бедра и постепенно приближаюсь к светлому пушку. Слышу сдавленный всхлип, понимаю, что не могу больше терпеть и готов взорваться от возбуждения. Ложусь сверху, медленно вхожу в неё и начинаю постепенно наращивать темп. Через некоторое время она обвила меня руками и ногами, а сладостный всхлип сменился нарастающим стоном. Боги, какое же это непередаваемое наслаждение слиться с любимой женщиной в полнейшем экстазе!

Я долго не мог отдышаться после того, как всё закончилось. Понимаю, что этого больше может не случиться и я готов на многое, чтобы такие моменты продолжались снова и снова. Поворачиваюсь набок, обнимаю столь желанное тело и прижимаю к себе.

-Тебе пора, а то кто-то из моего сопровождения может заметить, — грустно произносит любимая.

-Я знаю, скоро будет совсем светло. Как тебе вообще удалось организовать нашу тайную встречу? Самая настоящая интрига, — целую тонкую шею и зарываюсь в пушистые волосы.

-Это всё Натали, без неё бы ничего не вышло. Кроме неё, мне некому доверять. Она и служанка, которая со мной с самого детства, вот и все мои настоящие друзья.

Всё хорошее когда-нибудь заканчивается. Быстро одеваюсь, некоторое время смотрю в набухшие от слёз глаза, нежно целую припухшие губки и выхожу из комнаты. Не люблю долгих расставаний, итак душа разрывается на куски.

Не знаю, когда Кузнецов успел, но он уже обзавёлся конспиративной квартирой в столице. Из Сестрорецка мы как раз заехали в небольшую усадьбу на окраине. В город решил не ехать, ограничусь письмом для Александра. Да и честно говоря не хотел видеть Юлю. Вроде особо не переживаю, но какой-то осадок присутствует.

Обстановка в гостиной роскошью не баловала, но и убогой её не назовёшь. Я расположился на единственном кресле, Игнатьев стоял за дверью.