Убийство церемониймейстера

Но Сергей Фирсович скоро их добудет. Мы до сих по не знаем самого важного: как выбирали церемониймейстера? Кто были главные соперники? Это известно князю Долгорукову, но он идиот. Поэтому зайдем с другой стороны.

– С какой? – встрепенулся губернский секретарь. Ишь как в сыщики заигрался!

– Да с самой обычной. Будем разговаривать с состоящими. Много и подробно. Каждый станет помалкивать о себе и валить на других. Как соберем все показания, поймем, кто главный подозреваемый.

На этом Особенная часть разошлась по делам. Шустов побежал на полицейский телеграф, Валевачев – на вокзал. Лыков же отправился на конспиративную квартиру встречаться со штабс-капитаном Афанасьевым.

Тот, как вошел, сразу стал прибедняться:

– Времени очень мало дали, Алексей Николаевич! Все ж Экспедиция церемониальных дел от меня далеко.

– Давайте лучше к сути.

– Слушаюсь! Барон Будберг скончался в феврале и освободил таким образом вакансию. Сразу началась вокруг этого суета.

– В каком смысле?

– Желающие сделаться церемониймейстером стали облизывать князя Долгорукова. Решал-то он! Фактически единолично. Ну и начались приступы.

– С чьей стороны?

– Этого пока выяснить не удалось. Знаю лишь, что прошения подали пять человек.

– Надо узнать кто, Павел Архипович. Кровь из носу! Сам я не могу – князь запретил подчиненным сообщать мне сведения.

– Дайте время, я узнаю! Послезавтра именины у титулярного советника Евреинова. Он один из двух секретарей экспедиции. Поскольку мы с Евреиновым играем в карты по маленькой, я приглашен. Попробую его разговорить. Только вот…

– Что смущает?

– Больно он любит выигрыши. Сколько разрешите ему проиграть? Чтобы стал словоохотливее.

Лыков вынул из портмоне четвертной билет.

– Хватит?

– За глаза! – обрадовался штабс-капитан, убирая купюру. – Теперь дальше. Удалось кое-что узнать про Бутенева.

– Из Морского министерства? Валяйте!

– Темная он лошадка. Кто-то сильный его тянет.

– А подробней?

– Бутеневу всего двадцать четыре года, а он уже коллежский секретарь и состоит в звании церемониймейстера. На службе появляется лишь двадцатого числа, когда жалованье выдают. Остальные дни жуирует. Высокомерен, ленив, и все ему сходит с рук. Прозвище у Бутенева в министерстве – Неприкасаемый!

– Любопытно. Кто же этот покровитель? И за какие заслуги молодому оболтусу все дозволяется?

– Это уже мне не по зубам, Алексей Николаевич. Где я и где Морское министерство!

– Хорошо, Павел Архипович. Продолжайте искать. Главный вопрос: из кого выбирали, какие были первые претенденты.

– Будет сделано. Разрешите высказать предположение!

– Слушаю.

– О претендентах. Ежели подано пять ходатайств и одно из них – Дашевского, значит, промолчали двое.