Извращённые cердца

Даже Римо, который был таким же извращенцем, как и я, по крайней мере, замешкался бы, прежде чем убить бабушку. И мне действительно нравилась Нонна. Даже если ее верования принадлежали Средневековью, и она хотела использовать картофелечистку на моих яйцах.

— Я не хочу больше слышать это слово.

— Нонна, — яростно сказал Диего. — Ты не можешь ударить Савио. Ты же знаешь, кто он такой.

— Конечно, я знаю, — ответила она, глядя на меня как на школьника, которому нужен выговор. — Это молодой человек, которому не хватает хороших манер.

— Ах, Миссис Баззоли, я вовсе не хотел вас обидеть, — я одарил ее своей самой очаровательной улыбкой и взял ее руки в свои, прежде чем поцеловать тыльную сторону одной из них. — Прошу меня простить.

Она предостерегающе подняла руку, но все еще улыбалась.

— Ох, ты очень опасен, не так ли? Моя Джемма должна быть осторожна с твоим очарованием, — Нонна взглянула на Джемму. — Этот мальчик может очаровать даже монахиню, Джемма. Будь бдительна.

Джемма закусила губу.

— Не переживай, Нонна, — ее щеки пылали от унижения, и она обратилась ко мне. — Не хочешь сладкого угощения? Мы приготовили тирамису.

— Я всегда готов к сладкому угощению, — сказал я.

Нонна прищурилась, явно неуверенная в том, на что я намекаю. Я одарил ее невинным взглядом. Она пробормотала что-то неразборчивое по-итальянски и исчезла на кухне. Джемма посмотрела ей вслед и повернулась ко мне. В этот момент у Диего зазвонил телефон, и он встал, чтобы поднять трубку.

Я поднялся и притянул Джемму к себе. Ее глаза расширились и метнулись к кухонной двери. Я воспользовался моментом нашего уединения, чтобы обнять Джемму.

— Савио, — прошипела она. — Нонна может вернуться в любую минуту.

Нонна все еще гремела на кухне.

— Ну же, Джем. Может, ты дашь мне что-нибудь взамен той боли, которую я испытал из-за руки твоей бабушки?

— Ты в состоянии справиться с болью.

— Это правда, — тихо сказал я, приближая нас друг к другу. Она взглянула на мои губы и быстро отвела взгляд. — Ты тоже можешь, но боишься удовольствия.

Выражение ее лица стало жестче, и она отстранилась.

— Я принесу тебе кусочек тирамису.

Похоже, я попал в самую точку. Китти боялась удовольствия, а это означало, что она хотела меня так же, как я ее. Ее нужно было лишь слегка подтолкнуть в нужном направлении.

С тех пор как Савио вернулся в Лас-Вегас две недели назад, его обаяние только усилилось. Он наведывался несколько раз, чтобы провести время со мной и моей семьей, и я знала, что это было потому, что он думал, что сможет произвести на меня впечатление, и это работало.

Особенно когда Савио разговаривал с Карлоттой, я не могла остановить свое сердце от распухания.

Сегодня нам впервые за много лет разрешили потренироваться вместе.