Цербер для непокорной

Куда пропала? Давай увидимся в нашем кафе на Бронной, у меня новости. Завтра в четыре)))».

Читаю СМС от Марины, той одногруппницы, у которой провела ночь после побега из дома, и никак не могу понять, что еще за кафе на Бронной, ведь никакого нашего места у нас с ней нет. Не настолько мы близкие подружки, чтобы в свободное время кофе распивать и сплетничать. Вспоминаю и так, и сяк, но ни одной мысли не приходит мне в голову. А затем… Вспышка озарения… Я подрываюсь с кровати и встаю босыми ногами на ковер, ношусь из угла в угол и всплескиваю руками. На губах у меня явно играет довольная улыбка, а вот по щекам текут слезы. Но не горя, а счастья, ведь на Бронной находится заведение, в которое мы с семьей все детство ходили на ужины. Какое–то время после их смерти мы с братом продолжали эту традицию, но потом Богдан прекратил туда водить меня, видя, какую боль мне причиняет это место.

И сейчас это сообщение дарит мне надежду, ведь это значит, что с братом все в порядке, вот только… Как же мне выбраться, ведь меня никуда не пускают без охраны?

– Все, я освободился, – заходит снова в комнату практически обнаженный Фарид, сбивая меня своим видом с пути истинного.

– Д–да, я хотела… – спотыкаюсь на слове, не зная, как выразить свою мысль.

– Выгнать меня из собственной спальни? – складывает руки на груди, прислоняясь спиной к закрытой двери, словно намекая, что ни одному из нас хода отсюда нет.

– Нет, я… – мнусь, облизываю нервно губы, корю себя за эту неуверенность, ведь это выдает меня с головой.

– Говори, я спать хочу, – уже чуть более раздраженно произносит Галаев и идет к кровати.

Не церемонясь, просто ложится и закладывает за голову руки, от чего мышцы на его груди выделяются отчетливее, привлекая туда мое внимание.

– Я буду спать в другой комнате, – топаю от злости и раздражения ногой, словно ребенок, на секунду мне даже становится стыдно за такое поведение, но затем я воскрешаю в памяти все его жестокие слова и отбрасываю это глупое чувство куда подальше.

– Ты плохо слушала в прошлые разы? Не думай, что мне нравится повторять тебе прописные истины несколько раз. Пока тебе удается испытывать мои нервы на прочность только по причине твоей беременности, но будь уверена, что как только родишь, поблажек не жди, – его холодный голос застает меня у самой двери, заставив остановиться в последний момент и замереть.

По венам проносится студеная кровь, казалось, даже лицо мое побледнело от явной угрозы, прозвучавшей в его голосе.

– Вот и истинное лицо, да? – кривлюсь и произношу с горечью, глядя на его равнодушные ожесточенные глаза монстра.

– Будь добра, просто не трепи мне нервы и ложись, мне на работу с утра, – прикрывает веки и, казалось, расслабляется, но я кожей ощущаю, что он отслеживает мои передвижения.