Цербер для непокорной

Выглядит он угрожающе, вид его не предполагает споров, но я в какой–то момент все равно открываю рот, чтобы сказать, что это какой–то домострой, да и мы не женаты, так что…

– В палату, – цедит он мне, не успеваю я и слова сказать, и впервые за все время смотрит непосредственно на меня.

И от того, что я вижу в его глазах, отшатываюсь, такая ярость горит там, что меня прожигает насквозь, заставляя тело резко покрыться от страха потом. Перед моими глазами пролетели несколько последних дней, косяков, ошибок. И бугаев некоего Игната… И нарушение двух его запретов…

– Я… – мямлю, отступая на шаг назад, упираюсь спиной в стену, а после, опомнившись, юркаю наружу."

"Живот все еще тянет, так что ступаю все равно с осторожностью, боясь испортить все усилия докторов. Снаружи меня уже ждут Тимур с Сарханом, которые лишь молча провожают в палату. Ложусь на кушетку, ощущая дикую усталость, прикрываю глаза.

* * *Фарид

Последние несколько дней портят налаженную жизнь хлеще, чем все годы холостяцкой жизни. Все невовремя, и девка ни в какие ворота со своей беременностью и оленьими глазами, и приехавшие родственники невесты, желающие поторопить со свадьбой. Напряженная обстановка в бизнесе. Все это накладывает отпечаток на мое паршивое настроение.

– Я, конечно, все понимаю, но ваши предрассудки… – как только девчонка выходит, докторша тут же включает свой профессиональный гонор, вызывая лишь боль в висках.

– Понимать не надо, – резко осаждаю ее, не желая слушать дальнейшие обсуждения этой абсурдной ситуации, – Расклад такой: я плачу деньги, обеспечиваю вашу больницу нужным оборудованием, а вы делаете все так, как я сказал. Ясно?

От моего взгляда она немного начинает трястись. Не знаю, хотела ли она что-то еще добавить, но когда у меня зазвонил телефон, пришлось жестко осадить взглядом, что возражений я не потерплю.

– Только медсестры и персонал женского пола. Мы закрыли этот вопрос? – спрашиваю напоследок, планируя уходить.

Терпеть не могу больницы и неприятный запах лекарств.

– Хозяин–барин, – фыркает она, не сдержавшись, удостаиваясь от меня сурового взгляда.

В иной раз я бы добил свою позицию, поставив тетку на место, но телефон не перестает вибрировать, да и по виду понятно, что до нее неплохо все дошло.

– Слушаю, – отвечаю на звонок, выходя из кабинета и двигаясь на выход.

Еще бы с девчонкой, конечно, побеседовать, на тему того, что она совершила очередную глупость, и теперь контроль за ней усилится. Но сейчас внутри клокочет такая ярость, что могу не сдержаться и надавить на нее морально сильнее, а угрозу выкидыша пока никто не отменял. Так что пусть лежит тут на сохранении, я пока утрясу свои дела.