Кризисный центр \

Ты же её видела?

– Да. Поэтому и эмигрировала в США, на родину отца. Впрочем, я так понимаю, тебе моя биография отлично известна.

– Верно понимаешь. Ты читала уголовное дело о смерти своих родителей?

– Нет. Мне настойчиво рекомендовали не знакомиться с этими материалами. Я знаю, кто кого убил, этого мне достаточно. А ты читал и заметил... сходство? С нынешними убийствами?

– Не только я, но и наш судмедэксперт.

– Чёрт!!! Но это абсурд, бабушке за семьдесят, и она простой человек, как и я! Ведьмаки центра не нашли во мне никаких примесей!

– Как сказал твой шеф: «Окружающая нас действительность значительно шире наших представлений о ней».

«Ну конечно, Эрл в курсе всех дел. Он тоже подозревает во мне убийцу?» – Подозрения Шона она восприняла спокойно, а вот при мысли о подозрениях инкуба на душе стало горько, и тошно, что он за её спиной изучал её прошлое, её изувеченное детство.

– Ваш эксперт-психотерапевт не говорил, что у меня наследственная предрасположенность к убийствам? Или детская психологическая травма, приведшая к печальному результату? – глухо спросила она.

Ей опять не ответили, настоятельно спросив:

– За что Марко перевёл тебе деньги? За какие услуги?

– За какие услуги? – вспыхнула Элен. Какой смысл разговаривать с тем, кто не верит ни единому твоему слову?! – Естественно, за сугубо личные услуги! Я – самая дорогая проститутка Америки, не знал? Четверть миллиона за одну ночь – самый скромный из моих ценников.

Её лицо пылало, праведная злость клокотала в груди: она не сделала ничего плохого! Какого чёрта выворачивают наизнанку её несчастное прошлое и поливают её грязью, испортив замечательный вечер?!

– Прости. – Рука Шона выдернула её из-за стола, крепко прижав к сильной груди вскочившего мужчины. – Профессиональная деформация даёт о себе знать. Успокойся. Пойдём, потанцуем, музыка как раз медленная, умиротворяющая."

"Задавив в зародыше желание послать капитана далеко и надолго великим, могучим русским матом, Элен заскользила по паркету под тягучий, томный блюз. Она давно научилась не действовать сгоряча, научилась отделять важное от второстепенного и сиюминутные чувства от тех, что приходят всерьёз и надолго. Найти маньяка – важно, а её попадание в списки подозреваемых – второстепенно, никто её огульно ни в чём не обвинит и за решётку без вины не посадит: ни шеф, ни капитан Мур не являются профанами в своём деле. И обида на шефа: насколько она обоснована? Он сам назначил ей телохранителя, подарил защитный кулон – она правда готова подумать, что парень-пума был приставлен, как шпион, а в кулоне – датчик слежения? Нет, не готова.

– Эрл считает, что ты невинна, как ангел, – словно подслушав её терзания, произнёс Шон.