Моя любой ценой

Которые становятся любовницами, спутницами, а иногда и женами наших партеров или предполагаемых противников. Самые умелые, самые чувственные соблазнительницы. Еще и при мозгах.

Они подталкивают своих мужчин к нужным нам решениям. Заставляют их оказаться в нужное время в нужных местах. И, естественно, докладывают о всей деятельности. Эти девочки круче самой настоящей армии.

Мы все давно держим все в кулаке. Эти методы кровавые нам давно без надобности и без интереса.

Но, блядь, - на этот раз я понимаю, что меня реально подставили по полной программе.

Убивать явно не собирались, но сомнений теперь в том, кто завалил Грача не останется ни у кого."

"Никто не станет искать тех, кто устроил этот заговор.

Никто не станет слушать меня и воспринимать все то, что я накопал. А ведь ночной совет именно для этого и намечался. Мы с Грачом никак не могли вычислить крысу. Нужно было собрать больше информации, встретиться со всеми, обмозговать.

Но теперь на мне черная метка, клеймо убийцы.

Меня свои же, все, кто с нами рядом плечо к плечу были, теперь затравят. Уничтожат. А за это время тот, кто все затеял, приберет все к своим рукам. Еще и другом Грача прикинется, долбанным, блядь, мстителем.

Грач преемниками меня и Лютого назначил. С этим у нас считаются, волю переступить нереально.

Я вылетаю, а Лютый давно не в теме. Не разберется, когда приедет из Лондона, не сразу врубится в расклад. Меня слушать не станет, все на меня указывает. Его очень быстро сольют, набившись в соратники.

Это пиздец. Полный, - понимаю, тупо разглядывая, как белые хлопья закрывают лужу крови подо мной. Провал.

Глава 43

Даже не дергаюсь, когда тишину разрывает звонок. На мой номер, который только для своих. Естественно, абонент не высвечивается.

- Сееевер. У нас твоя девчонка, - тягучий голос издевательски бьет по ушам. – Рад, что ты еще не сдох и можешь ответить.

Прикидываю, кого они могли взять. Милену? Уж точно вряд ли.

И голова почти взрывается, когда на заднем плане слышу голос Регины. Блядь… Вот об этом я мог подумать в самую последнюю очередь. Это, блядь, хуже, чем удар ножа.

– Сволочи! Уроды! Пустите! Мой брат вас всех на части порвет!

Сердце дергается, а все равно усмехаюсь. Тепличная моя девочка, а все равно – не стонет, не умоляет, не унижается ни хера. Стержень. Характер. Натура. Хоть, может, лучше б и не дергалась, не провоцировала бы.

– Шебутная девчонка. За руку меня укусила, - вкрадчиво хрипит голос в трубке. – По частям будешь получать ее , Север. С чего начать? Может, с тех самых зубок? Или нет. Мы с мужиками развлечемся. На круг ее порвем. Тебе видео вышлем. Самое качественное. Ни в одном своем борделе такого не увидишь.

– Трубку Регине дай. И ебальник свой завали.

- Ты не в том положении, чтобы командовать, Север.