Цена твоей любви

Ты в своем уме? Я не позволю так обращаться со своим ребенком, сейчас он тебе нужен, а завтра – нет. Мы скоро уедем, Костя Левицкий – гражданин Италии, он там родился, там его дом, а у тебя есть свой.

Стало еще горше и обидней. Не за себя, за сына. Может быть, Матвей на самом деле был бы хорошим отцом. Если вспомнить, что говорил о его детстве Сергей, он бы никогда не бросил своего ребенка. Не знаю, правильно ли я поступила, но даже не представляю, что бы было, скажи я тогда ему о том, что жду ребенка.

– Вы уедете только со мной, я все улажу.

А вот теперь хочется смыться.

– Матвей, очнись, ты женат, а у меня есть жених.

– Свадьбы не бывать, даже не думай о ней, только через мой труп. Все будет хорошо, собирайся, пойдем знакомиться с сыном, а то я трахну тебя снова.

А вот это уже наглость, не знающая границ. Что вообще он себе позволяет?

– Мы никуда не пойдем, как ты представляешь это?

– Не усложняй, Регина, иди в ванную, давай быстрее, хочу видеть его.

– Жаров, нет!

– Вот так скажешь Серёже, когда он придет в следующий раз, а не скажешь, я переломаю ему ноги, чтоб не смог прийти.

Он невыносим. Совсем недавно Матвей просил прощения, мы ругались, я плакала, кричала, а вот сейчас он ставит условия и командует.

– Я пойду один, оставайся здесь."

"Матвей быстро засобирался, вот уже надел белье и брюки, смотрит на рубашку с оторванными пуговицами, качает головой, из шкафа достает черную футболку. Мне ничего не остается делать, кроме как идти в ванную. Смотрю на себя в зеркало, волосы растрепаны, губы искусанные, в глазах блеск, на щеках дорожки от слез.

Умываюсь холодной водой, руки трясутся, надеваю платье, стирая влажным полотенцем стекающую по бедрам сперму. Не знаю, как отреагирует Костик на появление отца, но Жарова уже не остановить.

– Регина, пойдем.

– Давай не сегодня.

Выхожу в комнату, ищу свое белье, по коридору рассыпаны фрукты.

– Да, давай еще через семь лет. Ты готова?

– Нет.

– Иди ко мне, да не суетись.

Снова прижимает к себе, держит крепко, смотрит внимательно, ведет пальцами по скулам. Не могу сопротивляться, просто не получается, не сейчас, когда все так странно и непонятно.

– Зря не сказала.

– Не могла.

– Я бы никогда не отказался.

– Но от меня ты отказался.

– Дурак. Я сопротивлялся своим чувствам, не веря в них, не мог поверить, что такая девочка, с веснушками на носу и взглядом зеленых глаз, может влюбить в себя за несколько дней. Ты была чистым откровенным соблазном, сама, не понимая этого.

– Что изменилось?

– Все.

Снова хочется плакать, но держусь.

– Не столкнись ты с Костей, то ничего бы не узнал, мы бы уехали, и каждый жил бы своей жизнью.

– Нет, я бы не дал вам уехать. Идем, хочу его видеть.

Матвей тянет в коридор, вместе собираем с пола фрукты, он меня торопит, словно боится опоздать.