Цена твоего прощения

Я могу позвонить родным? - попыталась я узнать границы дозволенного.

- Можешь. Им сказали, что ты в экстренной командировке, телефон тебе передадут. Очень много звонили. - Он внимательно посмотрел на меня. - Предупреждать, что стоит думать, что можно говорить, а о чём не надо, обязательно?

- Нет. Я могу поехать домой...

- Нет. - Перебил он.

- Но у меня всё там. Вещи... - я вообще не могла понять, что за необходимость жить не дома?

- Тряпки закажешь. Считай, выпишу аванс, в счёт зарплаты. - Он недовольно нахмурился.

- Я могу навестить родных? - спросила, внутренне замирая.

- Это, каких? Тех, что на кладбище? Ты сирота. Ни сестёр, ни братьев, ни родителей. Бабушек и тех, похоронила. Какие родственники? - я себя чувствовала дико неудобно под этим пристальным взглядом.

Словно огромная собака лежит, смотрит на тебя молчит, а чуть шевельнешься и слышишь рык.

- Те, что звонили и искали...

- С чего взяла, что искали, кто сказал? - перебил меня он.

- Я знаю, что если я не пришла домой и не позвонила, за меня будут волноваться. Я не безхозная! - сказала в запале, а потом поняла, что сказала, и вряд ли он поймет словечки из нашего полушутливого общения.

- Если будешь хорошо себя вести и без выкрутасов, то позже. - Он встал и вышел из-за стола, оставив меня в комнате одну.

Я доела свой бульон, выпила чай, хоть уже и подстывший. И не зная, что делать дальше, решила собрать посуду после завтрака. Этот ""хозяин"" чашку из-под кофе оставил прямо на столе, словно убрать за собой ниже его достоинства, весь статус себе порушит. Ну, куда нам простым смертным. такие высокие понятия разбирать.

Комната, в которой мы завтракали, соединялась арочным проходом с кухней. Я тяжело вздохнула. Такое ощущение, что кто-то подсмотрел мои мечты о кухне, какой она должна быть, идеальной в моем понимании. Единственное, кафель на стену я выбрала более светлый, ближе к мятному цвету, а здесь изумруд. И кухонная мебель из натурального дерева, массива. Без лишних завитушек, строго и функционально.

Раковина была напротив окна, и выходила в сад. Наверное, единственное, что могло заманить меня жить в частном доме, это возможность иметь свой сад. Сейчас царила осень, представляю, какая красота здесь весной, когда ветки цветущих фруктовых деревьев закрывают окно. Но надеюсь, я этого не увижу, потому что к тому времени моя жизнь войдёт в состояние ""нормально"", и я вернусь домой.

Я закончила помывку посуды, выложила её на полотенце, чтобы просохла, и обернувшись к выходу вздрогнула и чуть не заорала с испугу. Бандит стоял, облокотившись на дверной косяк, сложив руки на груди и загораживая собой проход.

- Это к чему? - кивнул он на выложенную посуду.

- Чтобы чисто было. - Мне одной этот разговор напоминал беседу двух идиотов?"

"- Понятно. Иди в комнату. Привезут вещи, тебя позовут.