Цена страсти (СИ)

Крепко схватил меня за локоть и подтолкнул к машине.

– Отпусти, сволочь! – упиралась я. – Я кричать буду! Вам это с рук не сойдёт! Все знают, что вы мне угрожали…

– Да хоть заорись, – рявкнул молодой. – А ну села!

Я и охнуть не успела, как он грубо втолкнул меня в салон и сам плюхнулся рядом. С другой стороны сел пожилой. Машина тут же тронулась.

Все они молчали, молодой, пожилой, водитель. Сидели с каменными лицами и молчали. Они ведь везли меня убивать! Или пытать. Не знаю, что хуже. И при этом не испытывали абсолютно ничего, как будто для них это скучное, обыденное дело. Внутри у меня, казалось, образовалась яма. Сердце, что сначала колотилось у горла, теперь падало и падало кубарем в эту бездонную ледяную яму. От панического страха у меня кружилась голова и накатывала тошнота. Я вцепилась в ручки сумки, будто это могло придать мне сил или смелости. Господи, пожалуйста! Я не хочу умирать!

– Куда вы меня везёте? – облизнув пересохшие губы, глухо спросила я у пожилого.

Не поворачиваясь, он безразлично ответил:

– Поговорить.

Я таращилась на его орлиный профиль, на седые виски и острые скулы.

– С кем? О чём?

– Всё о том же.

– Вы… вы Миллер? – тихо спросила я, цепенея от своей догадки.

– Нет, – всё так же безучастно ответил пожилой.

– Ещё б за тобой Миллер не ездил. Много чести, – хмыкнул молодой.

– Но скоро вы познакомитесь с Олегом Владимировичем, – добавил пожилой.

– С кем? – перед глазами у меня всё плыло и до рези в лёгких не хватало воздуха.

– Мальчики, что позавчера к вам приходили, ещё молодые, неопытные. Не умеют убеждать. Олег Владимирович Миллер сам с вами потолкует. Более того, Арсений Петрович тоже изъявил желание с вами пообщаться.

В первый момент я не сообразила, о ком он. Видимо, страх парализовал мозг. Затем вспомнила: Арсений Петрович – так звали Шубина.

Кажется, я на несколько минут отключилась, или же мне стало так нехорошо, что в глазах потемнело. Машина тем временем выехала за город. С обеих сторон шоссе подступал стеной лес. Я судорожно вздохнула. Это конец. А самое ужасное – здесь меня никто не найдёт, даже если будут искать.

Ехали мы минут двадцать, потом машина свернула с шоссе вправо, а вскоре за деревьями показался дом. Не дом, конечно, целый дворец с башенками, колоннами и прочими архитектурными изысками. Ворота разъехались, и машина плавно вкатила во двор, который правильнее было бы назвать небольшой площадью.

– Приехали.

Молодой вышел из машины первым и встал рядом с открытой дверцей, ожидая, пока я выберусь следом. Перепуганная до полуобморочного состояния, да ещё и с громоздкой сумкой я еле шевелилась.

– Чего застряла? Быстрее давай, – торопил он меня, а затем схватил за рукав пуховика и, резко потянув на себя, вытащил из салона.