Цена согласия

Только одного не учел. Если что-то пойдет не по плану и мы с ним больше не увидимся, я… не прощу его никогда.

Вспоминаю, как накануне Гончаров спросил, что, в моем понимании, можно считать предательством. Я пожала плечами и ответила, что измена — это нож в спину. Костя грустно улыбнулся и сказал, что это лишь одна из разновидностей предательства. В его представлении, предать — это не выполнить данное кому-либо обещание. После того как Костя однажды свое нарушил, он перестал давать обещания, чтобы не обмануть ничьих надежд. Тогда я не придала этому значения, а теперь понимаю, почему он не сказал ни одного теплого слова напоследок. Видимо, по мнению Кости, это выглядело бы так, словно он дает мне надежду...

Значит, есть вероятность, что он мог бы не сдержать слово и предать?

Как же в фильмах все просто. Всего час с небольшим, и тебе известно, чем закончилась история. А мне сколько оставаться в неведении? Еще бы финал оказался не таким печальным, как в «Титанике». Но подобных гарантий, увы, никто не давал.

Сажусь на песок и пишу девчонкам. Таня со Светой в один голос утверждают, что готовы примчаться хоть сейчас и поддержать, но я заверяю их, что ехать никуда не нужно, через несколько часов я буду в Москве. Скоро за мной приедет машина. Без понятия, куда придется лететь из столицы и что дальше будет. Я отправляюсь в очередную неизвестность. Должна бы уже к этому привыкнуть, но не получается.

После общения с подругами я набираю номер Рафаэля, но и здесь слышу те же слова, что и недавно: абонент временно недоступен. Открываю браузер, чтобы почитать новости, но тут же останавливаю себя от этого шага. Ни к чему хорошему это не приведет. Все-таки лучше, наверное, жить в неведении. Однако силы воли хватает лишь до вечера следующего дня, а потом отгородиться от этих мыслей и желаний не получается.

Человек Гончарова привозит меня в аэропорт и вручает новые документы, сажает в самолет, и я снова остаюсь одна. Сидя в бизнес-классе, случайно слышу разговор какого-то мужчины. Он обсуждает с собеседником последние экономические новости и называет фамилию ненавистного мне человека — Антипов. Якобы мэра столицы обвиняют в ряде крупных финансовых махинаций и скоро уберут с должности, отправив за решетку.

Закрываю уши руками и отворачиваюсь к иллюминатору. Нет. Не хочу ничего знать. Не сейчас, когда я уже за тысячи километров от Москвы и возвращаться команды не получала. Берег уже близко. Надеюсь, и Костя до него доберется.

Дорога вместе с пересадками занимает три дня. В моих документах значится чужая фамилия, осталось лишь имя. Куда бы я ни прилетела, мне постоянно мерещится присутствие Кости. Оглядываюсь по сторонам, ищу его глазами и надеюсь, что он встретит меня в каком-нибудь из аэропортов, но чуда не происходит.