Предатель. Цена ошибки

Так что выходные у меня забиты плотно.

– Учту. По идее, нас уже должны были вызвать. Пойду узнаю, что там за задержка. У меня тоже плотный график. Или… Если не хочешь оставаться с Демидом, то идём со мной.

– Ты сам сказал, он хочет развода. В его интересах быть со мной милым.

Ведь, будь я чуточку более стервой и менее беременной, я бы могла превратить развод в ад. Не появляться в ЗАГСе, не соглашаться на контракт, затягивать всё до бесконечности.

Теперь, имея в руках брачный договор, а за спиной – адвоката, я чувствую себя куда уверенней. И Демид не может просто грубить мне и прогонять прочь. Ему придётся считаться со мной.

Или пусть назначает новую дату развода.

Я, в принципе, ещё могу потянуть.

А он?

Усмехаюсь, отпуская Карзаева.

И даже не дергаюсь, когда Демид направляется в мою сторону. Впиваюсь пальцами в сумку, но стараюсь держаться уверенно. Выдавливаю из себя сдержанную улыбку.

– Карзаев сбежал? – Демид хмыкает. – Решил бросить тебя мне на растерзание?

– Не ерничай. Он пошел узнавать, когда нас разведут. Так… Вы договорились, я могу заехать за вещами в нашу квартиру?

– Мою квартиру. Да, можешь.

– Ещё, – бросаю взгляд на часы, пожимаю плечами. – Пару минут квартира считается нашей.

– Да, считается.

Наверное, меня должно радовать, что с каждой встречей Юсупов выглядит хуже. Держится уверенно, режет ледяной улыбкой. Но взгляд у него уставший, потухший.

Таким я видела Демида только в начале, когда он раскручивал свой бизнес. И то, для меня он всегда старался взбодриться. Улыбался – и губами, и глазами – когда я готовила для него кофе и ночной перекус. Притягивал к себе, обнимая, начинал разгребать бумаги одной рукой.

Сейчас же… Демид будто блеклая копия себя прежнего.

Но меня это больше не волнует.

– Так, – к нам приближается тучная женщина, работница ЗАГСа. – А вы чего ждете?

– Нам на четыре тридцать назначено… - начинаю, но меня перебивают.

– Фамилия?

– Юсуповы.

– Юсуповы? – женщина поправляет очки, листает бумаги. – Таких в списке нет.

Я тут же разворачиваюсь к Демиду. Неужели он всё сделал для того, чтобы отложить развод? Только зачем ему? Мужчина ведь впереди меня побежит к новой жизни.

С правильной девушкой, которую одобряют его родители.

С девушкой, которую я привыкла считать подругой.

Это всё ещё болит, как бы я не закидывалась анальгетиками и не врала, что всё в порядке. Я смирилась с тем, что муж оказался подлецом. Захотел жизни без меня.

Просто то, как всё это жестоко и грязно получилось… Это беспокоит.

Но ничего. После ампутации тоже бывают фантомные боли.

– Что значит – нет в списке? – Демид понижает голос, тот вибрирует от злости. – Мы всё проверяли."

"– Нет значит нет, – женщина качает головой. – Нет записи на сегодня.

– Тогда сделайте так, чтобы была.