Цена моей одержимости

Расслабляюсь, облегченно вздыхаю и уже собираюсь сесть в плетеное кресло, как чувствую легкое покалывание на коже.

Как будто чей-то пронзительный, недовольный взгляд пробегается по телу. Ладошки потеют, сердце пускается в пляс. Кровь воспламеняется, в горле застревает ком.

Мне одновременно и не уютно, и очень приятно, что кто-то разглядывает меня, клеймит. Возможно, раздевает мысленно.

Смотрю в гостиную и столбенею. Возможно, дышать перестаю.

Тимур.

Это он глаз с меня не сводит. Наблюдает как коршун за невинной жертвой. Руки сложены на вздымающейся груди. На лице тень недовольства. Ему совершенно не нравится то, что он видит.

Нас разделяет несколько метров, но я отчетливо слышу скрип его зубов и злобное рычание."

"Сидящая рядом с ним девка лезет к нему с поцелуем, но он просто отталкивает ее от себя и продолжает жалить меня взглядом. Оставляя невидимые отметины, как будто я в чем-то провинилась.

— Может тебе принести что-то покрепче? Алиса?

Совсем забыла про Витю. Я словно в другой реальности сейчас побывала. Плохо соображаю.

— Что? — не особо вникала в смысл его слов.

— Я принесу нам выпить, — тут же исчезает в доме, дав мне возможность в себя прийти.

Что это сейчас было? Сон? Иллюзия? Моя грешная фантазия?

Во мне кипит адреналин и еле сдерживая радость. Такой, как Воронцов, глаз с меня не сводил. Не обращал внимания на силикон сидящий рядом, а просто глазел в мою сторону.

Боже! Кому расскажи, не поверят.

Снова смотрю вглубь гостиной. Тимура нет. Той девки тоже.

Неужели, они наверх поднялись?

Тошнота подкатывает к горлу, стоит представить, чем они там занимаются. Становится мерзко, противно. Всю радость выкачивают из организма. Оставляя лишь сплошное разочарование.

Витя тоже куда-то запропастился. Должно быть, и он нашел компанию получше, более сговорчивую.

Как жаль. А вроде бы казался очень милым парнем. Первое впечатление обманчиво.

Не хочу здесь больше оставаться, делать мне тут больше нечего. Нужно вызвать такси и возвращаться домой, вновь проведя вечер в гордом одиночестве.

С трудом пробираюсь до входной двери. Забираю из шкафа легкую курточку и покидаю особняк Воронцовых.

На улице народа ничуть не меньше, чем в доме. Все танцуют, пьют и веселятся. Еще больше убеждаюсь, что это все не моё.

Открываю в телефоне программу такси и уже собираюсь сделать заказ, как кто-то нежно хватает меня за локоть и поворачивает к себе.

В нос ударяет древесный запах его туалетной воды, смешанный с сигаретным дымом. На губах порочная улыбка, а глаза весело блестят. Каменная стена по имени Тимур Воронцов заставляет голову кружиться, а язык пристать к небу.

— Вижу, ты уже домой собралась, малышка.

Кто-нибудь несите мне аппарат искусственного дыхания. У меня какие-то серьезные проблемы начинаются.