Цена моей одержимости

Да он спятил, совсем с ума сошел.

Срываюсь с места, чувствуя огромную дыру в области сердца. Бегу по лестнице мимо парочки. Сзади раздается издевательский мужской смех и наглое хихикание чертовой девки. Они оба мне что-то кричат, но я уши руками закрываю, мотая головой из стороны в сторону.

Как жаль, что стереть из памяти эту сцену на лестнице не удастся.

Залетаю в комнату. Закрываю дверь на ключ. Прислоняюсь к ней спиной, ощущая дикую злость внутри. Давлюсь болью и горечью.

Какой же он мерзавец! Гаденыш!

Сначала со мной был. Мне секс в кабинете предлагал, а теперь с ней, с девушкой своей забавляется. На лестнице, прямо на глазах у прислуги. Так еще в спальню к себе звал с этой… как ее там… Екатериной вроде бы.

Сумасшествие.

Бред.

Извращение.

Эмоции кипят, бурлит все внутри. Неприятное, давно забытое чувство покоя не дает.

Да это же и, правда, ревность, Задорожная! Ревность и зависть. Ведь тебе так хотелось быть с ним там, внизу.

— Нет-нет, — отрицаю, как будто кто-то может меня услышать.

Не соглашаюсь с внутренним голосом, хотя он в ответ злобно смеется, намекая на свою правоту.

Тимуру плевать на меня. Он никогда уже прежним не будет. Так почему же я так резко на все реагирую…на его поступки похотливого животного?

Глава 15

Алиса

Мне не спится. Ворочаюсь с одного бока на другой. Постоянно смотрю на дверь, боясь, что Тимур выломает ее и в постель ко мне ляжет. Закончит начатое в кабинете.

Да только от одной мысли, что он придет в мою спальню после той… шлюшки с голой жопой, совсем разные эмоции берут верх. Обида, грусть и чертова злость. Доходившая до неконтролируемой ревности. Никак я от нее избавиться не могла.

Еще и эта бессонница. Лежишь, смотришь в потолок и считаешь барашек, мечтая поскорее отправиться в царство Морфея.

Ничего подобного. Глаз сомкнуть не могу. В голову лезут образы, как Тимур трахает свою девушку, точно также заставляя ее встать на колени и зажать между сиськами его толстый член.

Черт!

Резко сбрасываю с себя одеяло. Сажусь на постели. Оглядываю темную комнату. Надо чем-то себя занять, иначе чувства сожрут меня живьем.

Встаю, накинув на себя шелковый халатик, и как следует завязываю на талии пояс. Ступая босыми ногами, выхожу на балкон и вдыхаю прохладный ночной воздух.

Хоть какая-то свобода. Легкость. Сплошная безмятежность.

Сейчас бы соорудить из простыни и одеяла канат, чтобы по нему спуститься в сад как раньше. Сбегая из дома на свидание с… когда-то любимым парнем. Наплевав на все запреты мамы.

Ведь прилежной студентке университета негоже проводить время с бабником Воронцовым, слава о подвигах которого гремит на всю округу.

— Прыгнешь — переломаешь себе все кости, — со стороны второго балкона.

Дергаюсь в тень. Словно меня тут невозможно увидеть. Хватаюсь за сердце, тяжело дыша.