Цена моей одержимости

 — «Она тебе нож в спину воткнула, а ты как ведешь себя с ней как слабак. Еще в губы поцелуй и все прости».

Прислушиваюсь ко второму Я. Отшатываюсь от Алисы как от прокаженной. Внутри в мгновение ока все леденеет. Весь свет снова исчезает, уступая место непроглядной тьме.

Как раз вовремя. Ведь спящая красавица наконец-то глаза разлепила и от страха аж в спинку дивана вжалась. Какое занимательное зрелище. Видеть страх в ее шоколадных глазах дико заводит, а от желания потрахаться вообще башню сносит. Насадить бы Алиску на твердого дружка, жаждущего поиметь ее сладкую девочку. Но сначала ей нужно напомнить о правилах. Дать понять, что игрушки не могут делать, что им вздумается. Она согласилась на все условия, покорилась мне. Так пусть закроет очаровательный ротик, иначе сейчас займется оральной работой.

— Теперь ты кукла, — напоминаю ей общеизвестный факт. — Моя персональная кукла. Ты будешь делать, что я прикажу.

Всего трясет от желания насадить ее каменный член. Посадить к себе лицом, чтобы наблюдать, как ее классные сиськи подпрыгивают от каждого бешеного толчка. А зубки в губы впиваются, оставляя там маленькие ранки.

— Как смотришь на то, чтобы перепихнуться в моем кабинете?

Вполне себе обычное предложение. Ей нужно лишь ноги раздвинуть и позволить мне оттрахать ее как следует. Как первоклассную продажную девку.

Но чертов, сука, телефон не дает мне возможности распечатать эту лживую упаковку. Даже «бантик» не порвал.

— Мне нужно к отцу в больницу, — упирается ладошками в грудь, оставляя там сраные ожоги.

Кожу печет. Того и гляди сейчас расплавиться от ее прикосновений. Сучка блондинистая.

— Поедешь только с моим водителем, Задорожная, — сжимаю воздух в кулаке, чтобы она рот свой не открывала. — Я приказываю, ты выполняешь, детка, — все-таки хватаю ее за шею сзади и приближаю испуганное лицо к себе.

Оттягиваю нижнюю губы зубами, от чего она стонет и бьет меня кулачками по плечам. К херам ее сопротивление. Срать мне на ее чувства и ощущения. Я хочу метку на ней оставить. Клеймо. Чтобы знала, кому она принадлежит на 31 день. Моя живая кукла, которую стоит чуточку раскрепостить.

Забыла, что ли уже как стонала в номере отеля и руками к члену моему тянулась? Ну так я ей живо обо всем напомню. Сегодня же ночью. Раза три. А может и больше.

— Тимур! — орет, расширив ее больше глаза из-за моей хватки на ее тонкой шеи.

Отпускаю. Алиса громко кашляет, гладя себя по горлу. Еле на ноги поднимается и стремглав выбегает из кабинета. Словно за ней маньяк какой-то бежит, готовый изнасиловать.

Только вот я не принуждаю девок к сексу. Они сами прыгают в мою постель, позволяя трахать их в самых разнообразных позах и на любой поверхности.