Цена мира. Родить от врага

Сама принесла вместе со стаканом какого-то морса.

Едва я успела отпить половину, как конвоир шумно поднялся из-за стола и направился ко мне. Впившись в него взглядом, я тоже поспешила встать.

– Подождите!.. – выдохнула взволнованно, выставив перед собой руки и принявшись отступать.

– Чего ждать, Котя? – беспечно спросил бандит, хватая меня за руку и дергая на себя. – Завтрак окончен. Пора возвращаться в хоромы.

Он потащил меня к двери, а я в панике начала яро сопротивляться, догадавшись, что негодяй говорит о подвале.

– Нет… нет, пожалуйста! Не надо!..

Не в силах вырваться из крепкого захвата, я вцепилась в руку бандита, надеясь задержать его.

– Только не в подвал, умоляю!.. Т-там холодно и… Ну куда вы?.. Послушайте! Я не хочу…

– Да какого хуя?! – вдруг взревел он.

В следующий момент я врезалась в стену возле двери, больно ударившись о нее рукой – от плеча до кисти, и испуганно зажмурилась, увидев, что мужчина замахнулся.

– Олег!

Я не знаю, что он собирался сделать, но кухарка остановила его. Рука конвоира опустилась, а его хмурый, суровый взгляд устремился на девушку.

– Не надо так… – попросила она, отводя глаза.

Олег скривил губы и сосредоточил на мне недовольное внимание.

– Ладно, – неожиданно сдержанно подвел он. – Хочешь жить со мной дружно, Котя? Тогда слушай и запоминай. Я не люблю шума, значит, ты мне его не создаешь. Я не люблю повторять, значит, ты уясняешь все с первого раза. Ты здесь не гостья, и это тебе, блядь, не санаторий! Поняла меня?

Обиженно глядя на испорченную рожу бандита, я стиснула зубы и выдавила кивок. А он холодно похвалил:

– Вот и умница. Теперь пошла!

Негодяй вытолкнул меня из кухни и снова заставил плестись за собой. Прижимая к груди ушибленную руку и глотая негодование, я в какой-то момент невольно сосредоточилась на шуме в конце коридора, по которому мы шли. Только успела увидеть компанию мужчин в строгих костюмах, как споткнулась от неловкого шага босых ног и потеряла равновесие.

Боль пронзила плечо от неудачного падения на пол. Чертов конвоир ослабил хватку на моей руке очень не вовремя, а затем застыл как истукан, пока я пыталась подняться с четверенек, издавая сдавленные стоны. Очнулся, только когда перед моим носом предстали черные, начищенные до блеска ботинки.

Сердце пропустило удар…"

"Я знала, что это Астахов, еще до того, как меня поставили перед ним на ноги. А стоило встретиться с ледяным, равнодушным взглядом голубых глаз, как каждый нерв в моем теле напрягся до предела. Да, я смотрела прямо ему в глаза. И пусть бандит был солидно одет, как положено сыну главаря, пусть не вонял грязью, как я, но помимо дикого страха, внутри меня все клокотало.