Цена его любви

Так надо, что, кажется, прямо сейчас задохнусь.

Мир перед глазами темнеет. Потухает. Сгорает на хрен. Будто жизнью меня наполняет, когда рядом.

— Даша, — набираю впервые. — Собирайся. Скажу сейчас Василию тебя в клуб привезти.

Домой пока нельзя, еще есть до хера работы. Но хоть так. Хотя бы глоток. Еще немного маленького счастья. От которого я оживаю, а ее глаза так безумно начинают светиться.

— Если не против, конечно, — добавляю, улыбнувшись.

Блядь, привык приказы раздавать. Отвыкать надо. Говорить. Спрашивать. Меняться.

И я даже не против. Ради нее.

— Приехать сам пока не могу. И не знаю, как выйдет ночью, — добавляю. — Хорошо. До встречи. Жду.

Глава 15

Она уже стоит у окна, когда я добираюсь до клуба.

Самый последний. Самый новый.

Мои аппартаменты — почти в небе.

Стоит у огромных панорамных окон. Любуется, как и я иногда здесь, на ночной город под ногами. За звезды. Прямо вокруг нее.

Пальцами по стеклу водит. А под пальцами ее звезды эти и горят. Будто зажигает своим прикосновением. Собственным свечением их наполняет. Как и меня.

Замираю.

Просто дышу.

Тихо дышу. Вспугнуть, потревожить страшно.

Кажется, чуть громче, — и все рассеется, растает. Подернется короткой рябью и окажется, что нет ничего. Что показалось. Будто магию какую-то — запредельную, уму непостижимую разрушить неосторожным движением боюсь.

Так и стою, привалившись в дверному косяку.

Дышу — тяжело, жадно, хоть и стараюсь ничем этот момент не перебить, не потревожить.

А все равно, — будто километры с бешенной скоростью пробежал. Пролетел.

Нет. Не километры.

И не по земле.

Я, блядь, кажется, всю жизнь несся. Летел, бежал, — вот сюда.

Вот к этому моменту.

Когда та, что в сердце проросла — внезапно, быстро, с одного мгновения, та, которая в нем, может, с самого моего рождения прошита намертво, — вот так стоит рядом.

В этом, блядь, звездном свечении.

Тихо. Спокойно. Так, что время замирает. Стирая прошлое. Заживляя все старые раны. Сметая их одной улыбкой.

Будто сон. Или наваждение.

— Даааша, — отталкиваюсь от косяка, тихо, неспешно приближаюсь, — а сам будто по Млечному пути какому-то запредельному иду.

Не вздрагивает, даже от звезд не отворачивается.

Даже не сомневался, она давно поняла, что я пришел.

Это даже не по звуку, это кожей ощущаешь. Воздухом, что накаляется вокруг, обжигая, пронизывая током. И теплом. Таким теплом, будто ласковое море тебя укачивает в своих ладонях. Или звезды.

Тихо встаю позади.

Дышу.

Ею дышу. Кожей, волосами такими золотыми, такими нереально искрящимися сейчас. Знаю, там, у нее в глазах — звезды. И часть моего сердца. Та часть, которая спала всю мою гребанную жизнь так беспробудно. А с ней — проснулась. Воскресла.

— Даааша, — веду рукой у плеча, почти не прикасаясь.

Не вздрагивает. Только плавно поворачивается.