Целительница для князя

Гед в ответ на моё обвинение рассмеялся, демонстративно поднимает ладонь и растирает запястье:

– Я прятался, чтобы спасти твою репутацию, и едва не лишился руки.

– Пфф! – я перекатываюсь, закидываю ногу Геду на бедро и принимаюсь водить пальцами по груди, плечами, следую рельефу мышц. Пока он не оделся, надо пользоваться возможностью.

Гедан ловит мою руку:

– Ненасытная. Бера, твоя горничная скоро придёт тебя будить, я должен успеть уйти до этого.

Но вопреки собственным словам уходить Гедан не торопится.

Я нехотя вспоминаю о важном:

– Гед, у тебя есть идеи, почему меня пытались напоить? – я коротко рассказываю про попытку заставить меня подписать отречение.

Вальяжная расслабленность исчезает, Гед морщится, выражение его лица становится… виноватым?!

– Полагаю, что из-за меня. Прости, я упустил контроль над ситуацией.

– Причём здесь ты?

Гед смотрит на меня выжидательно, будто ответ очевиден. Не дождавшись, когда я догадаюсь, поясняет:

– Бера, твой отец умный человек. Я не знаю, почему он был снисходителен к сыну. Возможно, родительская слепота, которая может случиться даже с самым проницательным и дальновидным. Возможно, у него были какие-то планы. Сейчас это уже не важно. Я вынудил герцога лишить сына наследства.

– Наследницей стала я. Ну и что? Герцог, насколько я поняла, намерен жениться повторно.

– Именно поэтому. Он понял, что я хочу сделать тебя герцогиней.

– Гед, ты… собирался убить герцога?!

Гедан прищуривается:

– Ты такого плохого обо мне мнения?

– Я хорошего о тебе мнения, – я устраиваюсь удобнее, практически полностью заползаю на Гедана. Он смиряется с ролью моей живой подушки и даже не вздыхает, только приобнимает и рассеянно гладит по спине между лопатками.

– Бера, я мог бы убить, но не собирался делать этого по двум причинам. Во-первых, я, если проблему можно решить бескровно, стараюсь решить именно так, герцог мой политический противник, а не личный враг. Во-вторых, я подумал, что ты бы не простила.

Я задумываюсь. Не простила? Да нет, скорее, я бы разочаровалась. Приятно, что Гедан подумал о моих чувствах…

– Так что сегодня должно произойти?

– А если подумать?

– Лень, – честно признаюсь я.

– Как глава рода, герцог показал свою полную несостоятельность, однако отказаться от сына он успел до того, как тот совершил преступление. Королевская семья поколениями опиралась на поддержку дома ат Шуа. Вероятно, его величество помог бы герцогу сохранить позиции, ограничился бы лишь формальным наказанием. Я же собирался обвинить герцога, добиться, чтобы его лишили титула и статуса главы рода.

– То есть принцесса действовала по просьбе… отца?!

Я не считаю герцога своей семьёй, но он то о том, что в теле его дочери новая душа, не знает. Получается, он… Отвратительно.