Отвергнутая целительница для Дракона

Я уже почти дошла до преподавательского крыла, когда из-за поворота на меня вылетел ректор Личестер.

– Мисс Эванс! – прогремел он, заметив меня. – Какое счастье, что я вас встретил!

Что-то в его тоне подсказало мне – счастьем в этой встрече и не пахло.

– Ректор Личестер, я как раз шла…

– Можете никуда не идти, – перебил он меня. – Вы должны покинуть академию.

– Что? – я едва не поперхнулась воздухом. – П… почему?

– Вам непонятно? – ректор снял очки и нервно растёр глаза, словно пытаясь стереть невидимое пятно. – То, что сегодня произошло… Комиссия дала понять, что это ваша вина. К тому же вы пренебрегли правилами безопасности – оставили оранжерею открытой!

Я не стала говорить, что точно помню, что закрывала дверь. Либо их отперли сами студенты, либо… Кассель! Только вот на студентов я ябедничать не хотела. А вот Кассель… Нет, с ним я поговорю лично! По душам! Если понадобиться, выведаю всё под пытками! И чихать я хотела, что он дракон!

– Мисс Эванс, – голос ректора смягчился. – Я понимаю ваше расстройство, но…

– Не понимаете, – отрезала я. – Совершенно не понимаете!

Развернувшись на каблуках, я быстрым шагом направилась к комнате Гая. Позади раздавались встревоженные возгласы ректора, но я их игнорировала. Мир сузился до одной точки – до комнаты, в которой, я надеялась, находились ответы.

– Кассель! – рявкнула я, с размаху ударив кулаком по двери. – Открывай немедленно!

Молчание.

Я стукнула ещё раз. Снова никто не ответил. Сжав кулаки, почувствовала, как магия закипает внутри, готовая вырваться наружу.

Плевать на последствия! Пусть весь мир рухнет!

Я направила ладонь на дверной замок, видя, как металл нагревается от моей магии. Дверь содрогнулась и с оглушительным треском слетела с петель, врезавшись в противоположную стену комнаты. На полу остались лишь обломки дерева и искры от разрушенных заклинаний.

Лунный свет, льющийся через незашторенное окно, освещал типичный мужской беспорядок – разбросанная повсюду одежда, стопки книг на полу, небрежно заправленная кровать. На массивном дубовом столе стояла наполовину опустошённая бутылка тёмного рома и один-единственный бокал. Рядом валялась потрёпанная карта с какими-то пометками и компас.

Мой взгляд зацепился за кинжал с витиеватой рукоятью, небрежно брошенный на тумбочку… Я подошла ближе.

""Свобода или смерть, но золото прежде всего!"" – гласила надпись на лезвии.

Я замерла. В голове словно щёлкнул переключатель, и разрозненные кусочки мозаики, наконец, сложились в единую картину.

""Какой же я была дурой!"" – пронеслось в мыслях.