Целитель магических животных

Майк надулся, но больше для вида. Готова поспорить, ему самому интересно, что все это означает. Эмпат замер, будто прислушиваясь к чему-то, а потом начал легонько раскачиваться.

Майкален мало рассказывал о том, каково это – быть сильным эмпатом, когда восприятие чувств окружающих едва ли не острее зрения или слуха. Когда ты всегда знаешь, что чувствуют по отношению к тебе окружающие, понимаешь, что кроется за их улыбками и добрыми словами. Наверное, поэтому мы с ним и сдружились, у меня на лице всегда то, что и на языке, и в голове тоже. На публике общительный Майки, душа любой компании, весельчак и балагур возвращался вечерами (или под утро) в комнату (мою) общежития (женского), ложился на кровать и просто лежал.

– Давай помолчим, – просил друг.

Я без слов укрывала его одеялом, заваривала крепкий и непременно сладкий чай, садилась рядом и молчала. А Майк, маленькими глотками выпив горячий чай, устраивал голову у меня на коленях и дремал, пока я штудировала очередной учебник или справочник. А заодно перебирала его густые и мягкие волосы, думая, что друг спит и ничего не чувствует. Майкален же подыгрывал и не возражал, пусть и не особо любил, когда кто-то его трогает.

И при всей яркости и живости характера, Майк тот удивительный человек, с которым приятно не только говорить, но и просто молчать.

– Они не боялись в начале, – шепотом произнес Майк. – Никаких отголосков страха и сомнения, но быстро начали злиться и раздражаться, – наверное, потому что не могли с наскока вскрыть мой сейф, сделанный на заказ у мехов. И злость вымещали на моем бедном кабинете. – Потом они… удивились? Трудно понять, но что-то их переключило на другую эмоцию, которую почти полностью затмил страх. Ужас. Паника. И вот они в анабиозе, – завершил рассказ друг.

– Негусто, – прокомментировала я.

– Ну знаешь! Извини, мысли не читаю!

– А жаль, – вздохнул Ксавьер.

– Мог ли это сделать Дао? – вот, что тревожило меня сильнее всего.

– Мог, – признал Майк. – Смотри, дорогуш, оба пытаются отвернуться, не сбежать, заметь, а не встречаться взглядом."

"– Но василиск все равно как-то заглянул им в глаза, – заметил лорд.

– Это распространенное заблуждение, – не согласился Майк. – Василиски убивали не взглядом, анабиоз для них нечто вроде заклинания, единственного в их арсенале. Механизм его использования, как вы понимаете, никто не изучал, но доподлинно известно, что даже ослепленный василиск был способен погрузить жертву в анабиоз, а образно говоря – превратить в камень.

– Боюсь спросить, и такие исследования проводились? – и почему я в свое время не сильно увлекалась вымершими видами?

– Да, нашлись идиоты, представляешь? Но так как они успели все задокументировать и оставили после себя записи, то науке послужили.