Смертельный звонок [cборник]

Покачала сурово головой, глядя на опера:

— Вы с нами тоже едете. Вас нужно осмотреть, ожоги на лице, может быть отравление. Как себя чувствуете? Тошнота, головокружение есть?

Лев мотнул головой, и белые стены вокруг поплыли волной, вызывая неприятное чувство в районе солнечного сплетения:

— Я еще нормально. Как старик? Выкарабкается?

Фельдшер кивнула головой:

— Средняя тяжесть, но стабильный. Шанс хороший, сейчас домчимся до стационара и будем в сознание приводить потихоньку. Не сильно надышался. — Она вдруг осторожно спросила: — Что случилось? У него на голове след от удара.

Опер вскинулся настороженно:

— Как след? Гематома, шишка?

Женщина провела по белым волосам, перемазанным в гари, и показала бурую жидкость:

— У него кожа на темечке в порезах, гематома небольша, и вот смотрите, что я нашла. — Она протянула пальцы к лицу Льва. — Кусочки стекла, совсем маленькие осколки. Он ударился головой при падении, может быть, окно разбил. Небольшое сотрясение, скорее всего.

Лев покачал головой:

— Нет, это не окно. Кто-то бросил горящий коктейль Молотова и попал вскользь старику по голове. Специально или нет, не знаю. Он об этом и говорил — бутылки, горящие бутылки. Дом Плесова подожгли коктейлями Молотова, чтобы сжечь улики. В доме оставалось что-то важное, Плесов, он что-то обнаружил, поэтому его убрали. И закидали его дом бутылками с горючим.

Фельдшер внимательно всмотрелась в лицо мужчины — не бредил ли он от отравления, но Лев увидел ее беспокойство и просипел обожженными связками:

— Все в порядке, просто мысли вслух. Немного голова кружится, но и все. Как думаете, он скоро придет в себя? — Гуров кивнул на бледное лицо Фанурина. — У меня к нему есть вопросы, он был во дворе, а я в доме, когда все загорелось. Хочу узнать, что произошло.

Женщина с сомнением покачала головой:

— Еще часов пять-шесть точно придется подождать, а то и дольше. Я не знаю, когда он придет в себя. После пожаров очень тяжело люди восстанавливаются, особенно в таком возрасте. Отравление и сотрясение, боюсь, не раньше чем через пару суток он сможет отвечать на вопросы.

Остаток пути они ехали в молчании, фельдшер с тревогой следила за миганием маяков на экране, то и дело прослушивала пульс старика. А оперативник писал сообщения генералу Орлову и Станиславу Крячко. Горло саднило все сильнее после пожара, так что все время хотелось откашляться и каждое слово давалось с трудом.

В больнице его быстро осмотрел врач, ловкая медсестра быстро обработала раны заживляющей мазью. Персонал было начал говорить о том, что необходимо сдать анализы и понаблюдаться, но опер отмахнулся от предложения. Ему не терпелось вернуться обратно в дачный поселок, внутри еще теплилась надежда, что все-таки, может быть, удастся что-то найти на пепелище.