Любовные утехи русских цариц

Комиссар де Маршал, испуганный долгим отсутствием королевы, кинулся на ее поиски и увидел картину, от которой у него, как говорится, «дыханье сперло». Но с этого момента его ситуация при дворе стала до того невыносимой, что он вынужден был подать в отставку и уехать в Вену.

А Юлия, дочь известного Октавиана Августа, который в свое время Клеопатру и ее мужа Марка Антония до самоубийств довел! Ведь она, эта бедная Юлия, из-за своей нимфомании такие дикие муки терпела, пытаясь избавиться от этого, даже истолченными шпанскими мушками питалась, как иные дамы шоколадом. Каталась по земле, одежду на себе рвала, как кликушка какая русская, а потом, как помешанная, с затуманенным взором по римскому дворцу блуждала, выискивая для себя сексуальных партнеров. Ну, поскольку все придворные патриции уже были ею «испробованы» (а ее натура требовала разнообразия), то она не брезговала слугами и возчиками, и даже пленными немцами и рабами не гнушалась. Попадется ей, скажем, в дворцовых лабиринтах какой смазливенький юнец, она стилет ему к груди приставит и зловеще зашипит: «Кошелек или жизнь?» Ой, пардон, дорогой читатель: «Ложись или я сейчас начну с себя одежды срывать и закричу, что ты меня хотел изнасиловать». Ну что бедному делать оставалось? Для спасения своей головы ложился покорно. И так разохотилась наша Юлия до любовных утех, что даже начала открыто на римскую площадь выходить и там под каким фонтанчиком с античным божком спокойно раскладывалась. Конечно, об этих порочных ее четырехлетних практиках знал весь Рим, кроме отца Юлии, Августа. А когда ее практики совсем уж бесстыдный характер начали принимать, пришли двое сыновей (она с ними тоже в свое время спала, благо в Риме это не особенно возбранялось) к деду Августу (она его тоже соблазнила) и твердо сказали: «Дедушка, наша мать порочит Римскую империю». Август за голову схватился в ужасе, Юлию немедленно выслал на такой далекий и малюсенький островок, что даже обезьян там для ее компании или еще для чего не водилось."

"Оправдание королеве Гортензии в ее невыносимой половой чувственности мы можем легко найти, достаточно только в мир животных слегка окунуться. Что, они от любовной горячки не страдают? Вот модлишка, совсем примитивное насекомое, а поедает своего самца во время копуляции со страстностью высшего существа. Вот какая-то ничтожненькая улитка день и ночь беспрерывно занята половым актом, пока не сдохнет от истощения. А какой-то ученый доказал всю силу полового исступления, вырезав у жабы во время совокупления бедро. Бедняжка, хоть сильно физически страдала, любимое занятие не прервала. И такое вот неистовое чувствование у низших животных! А что скажете о высших? Время течки животных — ведь это сплошное бешенство.