Царевичи

В сознании то вспыхивали какие-то образы, то снова все меркло. А мы все ехали и ехали. Или мне казалось, что машина движется. В голове варилась такая каша… До меня доносились обрывки фраз, но я не до конца понимала, о чем шла речь.

– Наркотики… жесткие седативные препараты… лошадиная доза… амнезия…

Это они обо мне? Меня чем-то накачали? Не удивлюсь…

…Разлепив ресницы, я еще некоторое время осторожно моргала, надеясь, что картинка перед глазами не раскрошится. К счастью, зрение обрело привычную остроту. Однако голова все еще была как чужая. Набрав побольше воздуха, я медленно осмотрела комнату и поняла, что нахожусь в незнакомом месте. Судя по стенам из мощного бруса, в каком-то загородном доме.

Повернув голову в другую сторону, я вздрогнула, утонув в изумрудной бездне глаз с коричневыми крапинками. Миша сидел в кресле напротив, пристально меня разглядывая.

– Вики. Как ты себя чувствуешь? – прошептал, поджав разбитую губу.

Не знаю, сколько времени прошло с момента нашего похищения, но его лицо выглядело еще хуже, чем раньше – синяки налились багровым оттенком, а правый глаз полностью заплыл. Кожа на пальцах была разодрана в клочья.

Я вновь ощутила озноб.

– Лучше. Все лучше, чем… – осеклась, не в силах подобрать правильные слова.

Потрясение все еще было слишком сильным. Невероятно, но нам удалось выбраться. Живыми… Хотя, судя по всему, моей нервной системе потребуется полная перезагрузка.

– Как ты?..

Покачав головой, он лишь странно усмехнулся."

"– …Где Лев? Он обещал все рассказать…

– Он на первом этаже. С братьями.

– Где мы? – с трудом приподнялась на локтях.

Вопросы сыпались беспрерывным потоком.

– Закрытая турбаза. Хозяин – близкий друг отца. Здесь усиленная охрана – комар не пролетит.

– Охрана? – поморщилась. – Но зачем нам охрана? Что происходит, Миш? – сердце тревожно сжалось.

Когда же это безумие закончится?

Прикрыв лицо ладонями, парень устало вздохнул. Судя по черным глубоким теням под его глазами, мой товарищ по несчастью до сих пор не ложился.

– Я не знаю, – он провел ладонью по растрепанным волосам. – Группировку накрыли, но Шах до сих пор на свободе. Спецслужба повязала его лучших людей. Опечатала огромную подпольную лабораторию. Он обязательно попытается отомстить.

– Отомстить… – пыталась протолкнуть огромный ком, застрявший в горле, но там было так сухо, что я еле могла дышать. – И что? Сколько нам еще придется скрываться? – скомкала край белоснежной простыни.

– На какое-то время лучше залечь на дно. Так будет безопаснее всего.

– Но… – я судорожно сглотнула, мечтая вернуть свою привычную жизнь, – у меня ведь работа в журнале… А индивидуальные съемки расписаны на месяц вперед… – озадаченно мотала головой.